Кто же был этот — неизвестно—, перед которым, по мнению Заклятия, Нефис обнажила душу?
Она не могла припомнить, чтобы разговаривала с какими-либо Существами Пустоты, и уж точно никогда не говорила с Забытым Богом. У неё также не было причин изливать свою душу незнакомцу.
Это было странно, очень странно.
И это также заставляло её чувствовать себя странно. Как будто в её сердце была пустота, отдающаяся тупой болью.
Крепче сжав рукоять Благословения, Нефис снова посмотрела на руны.
Обычно после описания Воспоминания ничего не следовало, но в этот раз появилась дополнительная строка.
Зачарования Воспоминания: [Связанная с Тенью Реликвия].
Когда она сосредоточилась на ней, появилось несколько новых рун.
[Связать реликвию?]
Нефис колебалась несколько мгновений.
Её сердцебиение внезапно участилось, и на лице появилась мягкая улыбка.
Она взглянула на Санни, который всё ещё мирно спал.
Он обещал выковать для неё клинок, способный сразить богов…
И, похоже, он выполнил это обещание.
Нежное чувство благодарности, которое она испытала, оказалось сильнее, чем она ожидала.
Смутившись, Нефис отвела взгляд и кивнула.
«Да».
Прекрасный длинный меч, казалось, зазвенел, словно отвечая на её призыв…
И вспыхнул ослепительным сиянием, превратившись в луч чистого света. Этот свет влился в её руку, освещая её тело изнутри… сливаясь с её телом и душой.
Становясь её частью.
Заклятие прошептало ей на ухо, его голос был странно тихим:
[Ваше Воспоминание было уничтожено].
[… Вы получили Атрибут].
«Да».
Санни пошевелился, находясь между сном и явью.
Он чувствовал себя уставшим… даже измученным. Кроме того, он по-настоящему находился без сознания, а это означало, что все его воплощения погрузились в глубокий сон. Повелитель Теней спал на своём троне — разумеется, он спал. Ведь совсем недавно он верхом на Кошмаре отправился в путешествие по снам. Учитель Рейн тоже спал, надёжно спрятанный в её тени.
Однако этот парень должен был быстро проснуться, чтобы не случилось чего-нибудь неожиданного или нежелательного.
Что же касается основного тела…
«Когда же я потерял сознание?»
Не успел Санни прийти в себя, как сквозь веки внезапно пробилась ослепительная вспышка. Резко открыв глаза, он успел заметить, как луч чистого белого света вошёл в тело Неф.
На мгновение она осветилась изнутри, словно в её груди зажглась звезда. Затем сияние померкло, и он снова смог ясно разглядеть её прекрасные черты.
У Неф было отстранённое выражение лица, она слегка наклонила голову. Казалось, она прислушивалась к чему-то, происходящему в её душе.
Меча, который он выковал, нигде не было видно…
Санни потребовалось несколько мгновений, чтобы всё осознать.
Его глаза расширились.
Вскочив на ноги, он уставился на неё и торопливо спросил:
«Получилось?»
Санни упал от истощения сразу после того, как закончил сшивать тень меча и тень Неф, поэтому у него даже не было возможности изучить результат.
Выдержало ли его связывание?
Сделало ли Заклятие то, что должно было сделать, и проконтролировало ли оно процесс?
И не очень важно, но очень любопытно…
Как Заклятие назвало новое Воспоминание? Какое описание оно ему дало?
Обычно Санни лично называл и описывал созданные им Воспоминаниям. Но с перековкой Клинка Грёз всё было иначе — ведь он никогда не забирал его из души Неф. Меч всегда оставался Воспоминанием, принадлежащим носителю Заклятия Кошмара, а значит, подвластным Заклятию. В этом и заключался весь смысл.
Нефис задержалась на мгновение, а затем повернула голову и посмотрела на него со слабой улыбкой.
Затем она протянула руку. Та засияла мягким сиянием, и из неё вырвался луч яркого света, мгновенно принявший форму прекрасного длинного меча.
Солнечный свет отразился на его серебристом лезвии, заставив комнату казаться светлее.
Санни облегчённо вздохнул.
Но это было ещё не всё…
Мгновение спустя длинный меч вспыхнул ярким светом, отчего его присутствие стало ещё более пугающим… даже ошеломляющим. Должно быть, Нефис использовала свой Аспект, чтобы усилить его.
Пронизанный пламенем души, серебряный клинок казался узкой полосой первозданной белизны, разрывом в ткани реальности, рассекающим мир пополам. Он был настолько чистым и ярким, что Санни с трудом мог различить, было ли оружие в руках Нефис всё ещё сделано из стали или просто превратилось в острую, узкую полосу сияющего пламени.