Заставляя всё остальное казаться неважным.
Что не означало, что манера боя таинственной тени не была коварной. На самом деле враг был олицетворением коварной воли — ведь обман тоже был инструментом убийства.
Даже используя мастерство Танец Теней, чтобы предвидеть движения противника, Санни с трудом поспевал за ним. Потому что лучник был слишком быстр и агрессивен, чтобы реагировать на это предвидение, а если Санни и реагировал, то его предсказания в половине случаев оказывались неудачными.
Словно враг умел обманывать само его восприятие, включая ощущение теней, делая все попытки прозреть бесплодными. В конце концов, пытаться построить что-либо на фундаменте из фальши было бесполезным занятием.
Именно поэтому костяной нож, который должен был лететь к горлу Санни, внезапно пронзил нагрудник Ониксовой Мантии чуть ниже рёбер. Всё ещё не понимая, как это произошло, Санни отшатнулся, и поэтому острое лезвие лишь рассекло кожу и немного мышц, а не вонзилось в лёгкое.
Он всё ещё не оправился от неожиданной неудачи в предсказании зловещего удара, но времени на раздумья не было — таинственная тень не замедлила натиск даже на долю секунды, обрушив на Санни ливень смертоносных ударов.
Они сыпались на него со всех сторон, стремительная фигура врага была затуманена и ещё более трудноразличима из-за призрачного чёрного дыма.
Дошло до того, что Санни даже не был уверен, у кого из них шесть рук, а не две… ну, теперь уже четыре.
Отчаянно защищаясь, он сделал шаг назад, затем ещё один. Всё его тело трещало от огромного напряжения, вызванного необходимостью выдерживать свирепые, сокрушительные удары противника, и ситуация, казалось, становилась только страшнее и неистовее с каждым ударом сердца.
Но это было не страшно.
В конце концов, у Санни тоже имелись трюки в рукаве.
Две его отрубленные руки теперь лежали на обсидиане позади лучника, так и не растворившись в нематериальных тенях. И на то была веская причина — ведь именно в этот момент они вдруг пришли в движение и поднялись в воздух, удерживаемые двумя гибкими теневыми щупальцами.
Всё ещё сжимая осколки клыка змея, они со скоростью сверхзвуковых ракет выстрелили в спину лучника.
…А ублюдок всё равно каким-то образом уклонился от них.
Правда, таинственная тень, по крайней мере, была вынуждена прекратить леденящую и, казалось бы, непрекращающуюся атаку, чтобы уйти в сторону, совершила странную смесь кувырка с сальто, которая не имела права выглядеть грациозной, но всё же выглядела, перекатилась через плечо и скользнула обратно на блестящий обсидиан.
В конце концов, не было такого правила, которое ограничивало бы Санни в использовании только его костяных клинков. В самом деле, он был бы глупцом, сделай так.
Бросив короткий взгляд на смутную фигуру своего врага, Санни призвал тени и обрушил на скрытного убийцу водоворот из теневых цепей, когтистых рук и щупалец с лезвиями.
…Или, по крайней мере, попытался.
Но у него ничего не вышло.
Потому что впервые за долгое-долгое время… тени не откликнулись на его призыв.
Вместо этого они съёжились и дрожали, разрываясь между волей Повелителя Теней и холодной угрозой… кем бы ни был этот таинственный лучник.
Древней тенью, которая провела тысячи лет в безлюдном аду Царства Теней, выслеживая своих сородичей.
Санни приказал им двигаться, а убийца пригрозил им, чтобы они не двигались.
Он мрачно улыбнулся.
«…Какая дерзость».
Вместо ответа лучник снова бросился вперёд.
Только на этот раз, когда Санни приказал двум оставшимся теневым рукам двинуться вперёд, чтобы заблокировать обсидиановый нож… они дёрнулись и замерли, на долю секунды не повинуясь его воле.
Этой доли секунды хватило, чтобы каменное лезвие оставило ещё одну дыру на его теле.
Глава 2111
Смешанные сигналы
«Чёрт… побери…»
За свою долгую и бурную карьеру носителя Заклятия Кошмара Санни сражался с самыми разными противниками, а после его внезапного и необъяснимого отключения от него их стало ещё больше. Среди них были и могущественные Кошмарные Существа, и опытные Пробуждённые чемпионы, и пугающие ужасы, которые он с трудом мог описать.