Он испытывал все виды боли, но фантомная боль от повреждения души относилась к своей собственной, изысканно-дьявольской категории. Его душа не разрушилась благодаря Плетению Души, но всё равно была сильно повреждена — и потому страдания, которые он испытывал, были соответственно ужасны.
«Эта проклятая тварь…»
Вцепившись в тонкое запястье таинственного лучника и вонзив осколок клыка змея в его локоть, Санни заскрипел зубами.
«Это всё из-за тебя! Это ты виноват, ублюдок!»
Тени были неразговорчивыми существами, поэтому Санни не получил удовольствия услышать, как его враг кричит от боли, когда острый кусок кости пронзил его локтевой сустав. Однако он держал лучника за запястье, поэтому почувствовал, как по телу тени пробежала дрожь.
Злобная улыбка озарила бледное лицо Санни.
…Однако он услышал свой крик, когда мгновением позже обсидиановый нож лучника вонзился ему в бок.
Напрягая мышцы живота, чтобы сжать холодное лезвие, словно стальные тиски, и не дать ему вонзиться глубже, он наклонился вперёд и врезался коленом в бок противника, а затем оттолкнул его и нанёс сокрушительный удар ногой, отбросив лучника на дюжину метров назад.
Сам Санни упал на спину и застонал, прижимая руку к глубокой ране в боку. В то же мгновение лучник рухнул на полированный камень, перекатился через плечо, а затем встал.
Однако на этот раз он слегка покачнулся, поднимаясь на ноги.
Скрежеща зубами, Санни тоже встал на ноги.
Несмотря на жуткую боль, убийственный блеск в его глазах только усилился.
Здесь, в холодной тьме тени Осуждения, они были похожи на двух калек. Но это ничуть не смягчало их убийственное намерение.
Более того, оно только усилилось.
«О, смотри. Ты потерял свой лук».
Раньше лук был прикреплён к спине лучника, но в какой-то момент их битвы он исчез. Теперь остался только пустой колчан, ремни которого потёрлись и едва удерживали его на месте.
Учитывая, что таинственная тень, похоже, не обладала Воспоминаниями, всё его снаряжение должно было быть тщательно изготовлено вручную из скудных ресурсов, которые можно было найти здесь, в Царстве Теней. Поэтому, потеряв снаряжение, его нельзя было отозвать и призвать обратно. Оно оставалось потерянным навсегда.
Потеря лука не была чем-то незначительным.
Лучник на мгновение застыл в неподвижности, затем поднял один из своих ножей и слегка постучал им о бок.
Смысл был совершенно ясен. Будь это Санни, он бы сказал что-то вроде…
У тебя бок болит? Боже! Какой ужас.
Но когда я убью тебя, болеть уже не будет.
Несмотря на то, что лучник вёл себя по-прежнему холодно и отстранённо, Санни не мог не почувствовать в этом последнем жесте нотку кипящего гнева.
Он усмехнулся.
«Что, это? Это всего лишь царапина. Я даже не вижу своих внутренностей, ха. Ничего страшного».
Но было чертовски больно.
Всё его тело чертовски болело. И душа тоже.
На самом деле, это вполне можно было назвать адом.
Если пребывание в тени проклятого мёртвого бога не считалось адом, то что же тогда считалось?
Значит, Санни должен был отправить скрытного убийцу в ещё более глубокий и тёмный ад.
Тихо выругавшись, он подался вперёд и направил свой костяной клинок в горло лучника.
Глава 2116
Шторм и гора
Они продолжали яростно сражаться, сея хаос в тени Осуждения. Когда обсидиановая плита, на которой они схлестнулись, треснула и разлетелась на куски, Санни и таинственный убийца перепрыгнули через облако чёрной пыли на следующую, а когда та раскололась надвое, выбрали более крупную половину, чтобы продолжить битву.
Тем временем снаружи…
Ураганный ветер стал поистине ужасающим, а тьму прогнало яркое серебристое сияние. Тень Осуждения наклонила своё колоссальное тело вперёд и погрузилась в шторм эссенции, заставив огромную стену клубящегося света расступиться перед своей неизмеримой массой.
Обычно именно штормы разбивались о склоны неукротимых гор. Но на этот раз тёмная гора двигалась, разрывая шторм.
Ни разрушительный ветер, ни бескрайние просторы бушующей эссенции не смогли замедлить движение тени Осуждения.
Однако нельзя было сказать, что шторм не оказывал на неё никакого влияния.
Частицы эссенции не могли проникнуть в тело мёртвого бога с той же лёгкостью, с какой они пронзили Санни, но они всё же наносили ему небольшой урон. По всей поверхности колоссальной тени высекались огненные искры, когда потоки чистой эссенции ударялись о блестящий обсидиан.
Дошло до того, что через несколько мгновений вся титаническая фигура Осуждения, казалось, была объята пламенем.