«Откуда мне что-либо знать, если бог, который должен был меня отбрасывать, мёртв⁈»
Эврис некоторое время молча смотрел на него, а затем вернулся в прежнюю позу и снова стал неподвижным.
«Лучше было бы спросить, как ты вообще можешь существовать, но… справедливость есть справедливость. Отвечая на твои вопросы, скажу, что боги действительно огромны и непостижимы, но время от времени они принимали смертные обличья. Аватары, как их называли некоторые. До них было легче добраться».
Санни несколько раз моргнул.
Смертные аватары… это он мог понять. В конце концов, у него были свои аватары, пусть и не совсем такие же.
Больше всего его удивило то, что Эврис, похоже, понятия не имел о том, как Санни стал Теневым Рабом.
Что ж… задним числом это было вполне логично. Болтливый скелет казался человеком, который знает так много, что кажется почти всезнающим, но, по здравому размышлению, это знание охватывало только прошлое. Если он действительно провёл тысячи лет, прибитый к дереву в Пустыне Кошмаров, то не знал ничего о том, что произошло после последних дней Погибельной Войны.
Для него Заклятие Кошмара было всего лишь маргинальным культом, который небольшая группа верующих тайно распространяла в Смертных Царствах. Он не знал, кем на самом деле были Санни и Нефис и как они стали такими.
Санни слегка наклонил голову, внезапно придя к другому вопросу.
Ему было трудно собраться с мыслями, потому что он хотел спросить слишком много, но этот вопрос был, пожалуй, самым важным.
«…Ты — первое существо из древних времён, которое я встретил, и которое не является полностью безумным и не поглощено Порчей. Как так получилось?»
Эврис уставился на него чёрными дырами своих пустых глазниц.
«А разве ты не встречал и эту мерзкую девчонку?»
Санни насмешливо хмыкнул.
«Это совсем другое дело! Она из мира бодрствования, как и я».
Скелет хихикнул.
«Мир бодрствования? Что это?»
Санни подавил вздох.
«Он не понимает».
Помедлив несколько мгновений, Санни попытался объяснить:
«Мир бодрствования… это последнее из Божественных Царств. Там всё ещё живут люди, свободные от Порчи. Остальные, как и все Смертные Царства, уже поглощены Царством Снов, и их населяют лишь Кошмарные Существа — так мы называем Испорченных. Однако наш мир тоже поглощается Царством Снов, кусочек за кусочком».
Эврис вздохнул.
«О… тогда ты и твой народ, должно быть, всеми силами сражаетесь с Порчей, объединившись против общего врага. Какое блестящее товарищество! Неудивительно, что божественная тень и мерзкий нефилим могут так свободно обмениваться словами».
Санни смущённо кашлянул.
«На самом деле… сейчас мой народ воюет. Друг с другом. Я уже упоминал, что последнее Божественное Царство — это царство Бога Войны?»
Эврис долго молчал, а затем внезапно разразился хохотом.
На этот раз он смеялся дольше обычного, и его смех казался совсем не таким, как прежде.
Он был пронизан таинственной тьмой.
Через некоторое время белый череп слегка повернулся и уставился на Санни.
«Бога Войны? Боже, боже! Какая ирония!»
Он сделал небольшую паузу, а затем добавил:
«Ты спрашивал, кто такие Девять? Ну… по правде говоря, дитя Войны…»
Его тон стал немного холоднее.
«Независимо от того, кем мы были, больше всего мы ненавидели Бога Войны и её детей».
Глава 2125
Прокладывая путь к благодати
Санни не мог не напрячься, услышав нотку холодности в обычно беззаботном и дружелюбном тоне скелета.
В этот момент он с болезненной ясностью осознал всю шаткость своего положения.
Вот он, во тьме Царства Теней, избитый и потрёпанный… разговаривает с одним из Девяти, удерживая тень другого. Конечно, лучница едва оставалась в сознании и, похоже, была не в состоянии продолжать сражение, но, с другой стороны, единственным безопасным врагом был мертвец.
Он понятия не имел, какими силами обладает Эврис из Девяти, но они должны были быть весьма мистическими, чтобы блуждающий скелет смог пересечь Подземный Мир и добраться до Царства Теней более или менее целым и невредимым.
Было тревожно узнать, что таинственная Девятка питает неприязнь к Богине Жизни и её последователям.
Санни тщательно выбирал слова.
«Неужели? Это удивительно. А почему тогда Ауро из Девяти был имперским солдатом? Разве Империей не управлял культ Войны?»
Честно говоря, он не совсем понимал, что такое Империя и кто ею правил. Однако в Первом Кошмаре ему показалось, что и солдаты, и жители Империи поклоняются Богу Войны — вплоть до того, что ходят и сжигают храмы Тени.