Кэсси сочувствовала Джесту, но в то же время испытывала к нему отвращение… не то чтобы её собственные руки были чисты, конечно.
Возможно, они оба заслуживали смерти. Так что это был вопрос выгоды.
Убить Джеста было бы выгодно, поскольку это убрало бы с доски сильного врага. Однако это принесло бы и убытки, поскольку его смерть, несомненно, подтолкнула бы Анвила к действию и раскрыла бы руку Кэсси.
Поэтому она не решалась убить его.
Были и другие способы справиться со стариком.
Она могла слегка изменить его воспоминания, манипулируя ими для достижения своих целей. Приложив некоторые усилия, она могла бы стереть некоторые из них, заставив его забыть о желании убить её.
Она могла даже сжечь все его воспоминания одно за другим, стирая их до тех пор, пока его разум не превратится в чистый лист, а человек по имени Джест не будет поглощён забвением, в то время как его тело и душа останутся живы.
Это тоже было в её силах.
Но всё это требовало огромного количества эссенции. Только убийство Джеста не требовало никаких дополнительных затрат.
И всё же, всё же…
Действительно ли она могла упустить шанс узнать о смерти Сломанного Меча?
Кэсси колебалась несколько мгновений, а затем приняла решение и снова погрузилась в воспоминания Джеста.
И вскоре после этого…
Её глаза слегка расширились.
«…Ткач? Так вот в чём причина?»
Но закончить мысль она не успела.
Потому что в этот момент чудовищная рука Джеста метнулась вперёд.
Он отчаянно сопротивлялся и выжидал подходящего момента, пока дерзкая девчонка рылась в его сознании. Это было мерзко и отвратительно — чувствовать, как кто-то вторгается в твой разум, насильно и небрежно перебирая самые потаённые чувства, самые заветные воспоминания… проливая свет на самые глубокие шрамы.
Какое право она имела⁈ Что придавало ей смелости⁈
Даже захваченный завораживающим взглядом Песни Павших, Джест дрожал от стыда, возмущения и ярости.
Но он был старым чудовищем, пережившим немалую долю излишне самоуверенных юнцов.
Он умел быть терпеливым.
И как Джест и предполагал…
Кассия поддалась жадности.
Она злоупотребила гостеприимством.
Когда он наконец двинулся, она, казалось, была застигнута врасплох. Девушка отшатнулась назад, широко раскрыв глаза, но было уже слишком поздно.
Они были слишком близко друг к другу.
Его когтистые пальцы сомкнулись на её тонкой, хрупкой шеи.
Джест усмехнулся.
«…Любопытство до добра не доводит, ты же знаешь?»
Конечно, он не был настолько глуп, чтобы дать ей время на ответ.
Как только слова слетели с его губ, Джест напряг мышцы и сломал девушке шею.
Она, конечно, была Святой, но её Аспект не усиливал её тело. Джест же в данный момент находился в своей Трансцендентной форме.
Её позвоночник сломался достаточно легко.
Когда отвратительное Эхо за его спиной превратилось в водоворот искр, он отшвырнул Песнь Павших прочь. Её сломанное тело приземлилось на особый участок алого мха и медленно погрузилось в него, широко раскрытые глаза по-прежнему смотрели на него с немым упрёком.
Была ли она ещё жива? Ну, возможно… для того, чтобы умереть от сломанной шеи, Святому потребуется некоторое время.
Впрочем, её тело довольно скоро растворится в яме с пищеварительной жидкостью, скрытой под мхом. Несомненно, это будет ужасная смерть — вполне подходящая для девушки, которая не знала своего места.
Следов не останется, и он сможет придумать объяснение.
«И что с того, что ты узнала все мои секреты? Унеси их с собой в могилу, глупая девчонка».
А теперь… осталась ещё одна.
Разбираться с Хели оказалось почти скучно. Её Недостаток делал её идеальной жертвой для такого человека, как Джест, — лишённая силы своего Аспекта, она бессильно умерла в его руках.
Однако она не переставала бороться до самого конца.
Это, по крайней мере, было немного забавно.
В конце концов он бросил её тело в ту же яму. Оглядевшись по сторонам, Джест глубоко вздохнул.
«Ах. Чувствую, на этот раз он меня очень строго отчитает…»
Даже он немного боялся гнева Анвила.
А Анвил определённо будет очень зол из-за того, что Джест сделал сегодня… ну, по крайней мере, настолько, насколько ему позволит его холодное железное сердце.