На троне сидела потрясающе красивая женщина, её красное платье растекалось по ступеням, словно река крови. Её кожа была бледной, как у трупа, а волосы — тёмными, словно поток непроницаемой, блестящей тьмы.
На её манящих губах играла слабая улыбка, а глаза были, были…
Завораживающими… но в то же время жуткими и тревожными. В них ощущалась пустота и отдалённость, как у давно умершего человека.
Именно она была источником дикого, всепоглощающего, звериного присутствия, которое ощущала Кэсси.
Если присутствие Анвила было тяжёлым и гнетущим, то присутствие Ки Сонг было едва уловимым — и от этого ещё более пугающим. Кэсси почувствовала, как страх вцепился в её сердце ледяными когтями.
Это был древний, первобытный страх, который испытывали все живые существа в присутствии превосходящего их по силе хищника.
Двое подростков — мальчик и девочка — стояли по обе стороны трона, глядя вдаль пустыми глазами.
Кэсси потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что ни один из них не жив.
Нет…
Никто из троих не был живым.
Потому что захватывающая дух женщина, восседающая на троне, несомненно, тоже была мертва.
Оправившись от шока, Кэсси вздрогнула и низко поклонилась.
«Приветствую вас, Ваше Величество».
Мёртвая женщина слегка повернула голову и посмотрела на неё, заставив всё тело Кэсси задрожать против её воли.
Ки Сонг ничего не сказала. Вместо этого мёртвый мальчик, стоявший слева от неё, открыл рот и ясным голосом произнёс:
«Песнь Павших…»
Почти одновременно с ним заговорила и мёртвая девочка:
«…мне было любопытно познакомиться с тобой».
Кэсси постаралась успокоить своё бешено колотящееся сердце и выпрямила спину, повернувшись лицом к мёртвой женщине на троне.
«Ничего нет».
Дремлющая Способность ничего не показывала, словно перед ней вообще никого не было. Как будто…
Выражение её лица изменилось.
«Вы… марионетка».
Королева откинулась на спинку трона, а мёртвая девочка мелодично рассмеялась.
Кэсси едва удержалась от того, чтобы не покачнуться. Её мысли путались.
Ки Сонг — её оригинальное тело — была всего лишь марионеткой, как и двое подростков и остальные паломники. Она была всего лишь мёртвым телом, оживлённым силой её Аспекта.
Тогда где же её истинный сосуд?
Кэсси поджала губы.
«Я не уверена, что мы действительно встречались, Ваше Величество. Если позволите спросить… где же вы настоящая?»
Ки Сонг посмотрела на неё с улыбкой. Мальчик ответил:
«Везде».
Кэсси вздрогнула.
«Везде…»
Она инстинктивно поняла, что имела в виду Королева. Дело не в том, что любая из её мёртвых марионеток могла служить вместилищем её души… дело в том, что все они были вместилищем, и она существовала везде, где находились мириады её паломников, всегда, одновременно.
А это означало, что для того, чтобы убить Королеву Воронов… нужно уничтожить всех её бесчисленных марионеток, где бы они ни находились.
Как Нефис и Санни должны были сделать это?
Кэсси некоторое время молчала.
В конце концов она медленно выдохнула.
«По всей Божьей Могиле ваши марионетки находятся среди солдат Армии Сонг. Они первыми нападают и первыми же уничтожаются. Это значит, что вы сражались в тысяче битв, Ваше Величество, и были убиты десять тысяч раз».
Ки Сонг — марионетка, созданная из её оригинального тела, — наклонила голову.
«…Миллион битв. Десять миллионов смертей».
Когда она хотела заговорить, один из двух мёртвых подростков делал это вместо неё. Два чистых голоса то сливались, то расходились, создавая впечатление, что говорят бесчисленные люди.
Кэсси собралась с духом.
Несколько долгих мгновений она колебалась, а затем сказала:
«Я была с Мастером Орумом, когда он умер. Я видела его воспоминания».
Ки Сонг опустила голову, и на её лице на мгновение промелькнул намёк на меланхолию.
«Дядя Ори…»
С её очаровательных губ сорвался тонкий вздох.
Но этот намёк на эмоции исчез в одно мгновение, сменившись нечеловеческим спокойствием.
«И что же?»
Кэсси глубоко вздохнула.
«Он ведь был вашим учителем, не так ли? Однажды он спросил студентов Академии, в чём заключается суть боя. Вашим ответом… была неудача. Вы сказали, что если кого-то заставляют сражаться, то он уже проиграл».
Ки Сонг с любопытством смотрела на неё.
«И что с того?»
Кэсси мрачно улыбнулась.
«Зачем тогда эта война? Разве это не самая большая неудача, которую только можно вообразить?»