Так что, в конце концов, носить маску было не так уж и плохо.
Он вздохнул, а затем с нотками зависти в голосе произнёс:
«Что ж, ты каждый день сражаешься с Великими Кошмарными Существами. Уверен, рано или поздно ты получишь прочные доспехи».
Нефис с сомнением посмотрела на него.
«Может быть. Но разве ты не заметил? Теперь, когда мы сражаемся с более могущественными мерзостями, скорость, с которой Заклятие дарует нам Воспоминания, кажется, значительно снизилась. Я даже не говорю об Эхо… Я не уверена, что когда-либо раньше видела Верховное Эхо, за исключением этого твоего серебряного дьявола».
Санни удивился.
«Правда? Я… не замечал».
Он убил несколько Великих мерзостей, прежде чем его стёрли с гобелена судьбы — Порождение Мерзкой Птицы-Воровки, Даэрон Сумеречного Моря… оба раза он получал Воспоминание, но, опять же, Санни тогда имел Атрибут Судьбоносный. Шансы и вероятности всегда были в беспорядке вокруг него.
Нефис кивнула.
«Я постепенно осознавала это в течение последних четырёх лет, и эти дни в Божьей Могиле только подтверждают это подозрение. Что ж, это имеет смысл. Должно быть, требуется больше… больше того, что Заклятие использует для создания Воспоминаний и Эхо, чтобы сделать их из действительно могущественных мерзостей. Одно Верховное Воспоминание должно стоить десяти тысяч Пробуждённых, так что оно экономно».
В мире был миллион Пробуждённых, но только три Суверена. Так что её вывод имел смысл.
Санни всё ещё чувствовал горечь от того, что не может получить щедрую награду от Заклятия, но его горечь немного поубавилась.
«Если подумать, это хорошая новость для нас. Иначе, имея более десяти лет на подготовку, Суверены утонули бы в Верховных Воспоминаниях и Эхо… возможно, даже Священных».
Они всё ещё могли обладать ими, но, по крайней мере, не таким огромным арсеналом. Это также делало Санни гораздо более ценным, поскольку его знания о плетении были достаточно глубокими, чтобы создавать Верховные Воспоминания, если у него были подходящие материалы и несколько Верховных осколков души.
Вглядываясь в языки пламени, Нефис внезапно спросила:
«Помнишь ли ты, что почувствовал, когда получил своё первое Воспоминание?»
Санни приподнял бровь, удивлённый вопросом.
«Моё первое Воспоминание? Ну… если я правильно помню, я был полон негодования. Потому что оно было таким бесполезным».
Он сделал небольшую паузу, а затем с улыбкой добавил:
«Но через некоторое время я начал ценить его. На самом деле, с каждым годом я ценю его всё больше. Может, оно и не мощное или полезное, но это… память о том, что я оставил в прошлом. Способность помнить иногда очень ценна».
Санни взглянул на Нефис и спросил:
«А что насчёт тебя? Что ты почувствовала, когда получила своё первое Воспоминание?»
Она несколько раз моргнула.
«Я? Честно говоря, я была не в том состоянии, чтобы что-то чувствовать, когда получила его, ведь это случилось в самом конце моего Кошмара. Но позже, когда у меня появилось время изучить его… наверное, я почувствовала себя униженной. Из-за того, как я была рада получить дар от Заклятия».
Нефис вздохнула.
«Однако это Воспоминание сослужило мне хорошую службу. Я пользовалась им много лет. На Забытом Берегу, в Пустыне Кошмаров, в Подземном Мире… оно никогда не предавало меня. Сейчас оно слишком слабо для меня, но я всё равно очень дорожу им».
Санни прекрасно помнил Воспоминание, о котором говорила Нефис, — Клинок Сна. В конце концов, этот меч не раз спасал ему жизнь.
Меч также пробовал его кровь, терзал его плоть и причинял ему ужасную боль в Багровом Шпиле.
Учитывая исторические достижения Неф, у этого Пробуждённого Воспоминания шестого уровня была впечатляющая карьера до выхода на пенсию.
Он усмехнулся.
«Похоже, мы оба довольно сентиментальны».
Нефис посмотрела на него с удивлённым выражением лица. Её искреннее замешательство было весьма забавным.
«Я? Сентиментальная?»
Санни улыбнулся.
«Я не уточнил, какие именно чувства делают нас сентиментальными… например, жажда крови — это тоже чувство…»
Выражение лица Неф слегка изменилось.
«Ого. Жажда, которая пришла тебе в голову, имеет отношение к похоти?»
Он замер, пытаясь придумать ответ.
«…Этот проклятый Недостаток!»
Вдалеке, в главном лагере Армии Меча, Мастер Санлесс тоже прекратил свои дела и с задумчивым видом уставился вдаль.
Его глаза сузились, как будто он что-то обдумывал.
Через некоторое время он тихо пробормотал: