«Нет… просто признай это. Будь честен хоть раз. Ты убил его, потому что ненавидел. Вот и всё».
Анвил холодно улыбнулся, когда Санни поднял руку, убрав её с рукояти своего одати.
«…Что ты вообще знаешь о ненависти, мальчик?»
С этими словами его присутствие взорвалось тиранической силой, и буря мечей вокруг них замерла, а многочисленные клинки собрались в гигантские руны. Руны вспыхнули алым светом, и Санни внезапно оказался погружён в кроваво-красное сияние.
Когда Анвил сделал движение рукой, с неба упал один ужасающий клинок, и само небо, казалось, последовало за ним. Поднялся ураган, ветер оглушительно завыв, кружась вокруг меча, и пока он летел вниз, его ужасающая острота, казалось, только усиливалась с каждым светящимся кольцом рун, которое он пронзал…
Пока он не стал достаточно острым, чтобы прорезать изломанную костяную равнину, пробить пол горящих Пустот и разделить Пепельное Море внизу.
…Конечно, сначала он должен был пронзить Санни.
Подняв голову, Санни схватил Воспоминание, которое он вызвал мгновение назад, и поднял руку выше.
Разящий меч обрушился на него в яростном водовороте ветра. Мощный шторм поднял в воздух облако пепла, и к тому времени, как пепел осел…
Санни по-прежнему стоял на том же месте, неподвижный и совершенно невредимый.
В его руке находился небольшой каменный фонарь, его врата были широко раскрыты.
Опустив фонарь, он медленно закрыл врата большим пальцем.
Глаза Анвила расширились.
«Как… ты выдержал эту атаку?»
Руны над ними потеряли своё сияние, и бесчисленные летающие мечи рассыпались в реку алых искр.
Санни улыбнулся.
«Я не выдержал. Я просто отправил твой меч в Царство Теней. Зачем мне преодолевать твою великую силу, если я могу избежать её с помощью маленькой хитрости?»
Улыбка медленно исчезла с его лица.
«А теперь…»
Чёрный одати ударил, погрузившись в плоть Анвила.
Выражение лица Санни стало мрачным и холодным.
«Это за солдат Первой Эвакуационной Армии и жителей Фалькона Скотта, которых ты бросил умирать. За Самару, Дорна, Белля… и бесчисленных других. Запомни их имена, ублюдок».
Королю Мечей удалось избежать смертельного удара, но Санни уже наносил следующий. Анвил попытался отразить его своим наручем, но безуспешно. Красная кровь потекла по белой кости, и отрубленная рука упала на равнину.
«Это за солдат, которые погибли здесь, в Божьей Могиле, сражаясь в вашей бессмысленной войне. Каждый из них был личностью, Анвил, а не статистикой. Никто из них не должен был умереть. Хотя я сомневаюсь, что такому чудовищу, как ты, есть до этого дело».
Анвил никак не отреагировал на потерю руки и попятился назад, пытаясь отступить.
Но от Санни было не скрыться.
Чёрный одати глубоко вонзился в бедро Анвила, оставив на нём страшную рану. На поверхность древней кости брызнуло ещё больше крови.
«Это за Нефис, чьё детство ты разрушил. Ты жестокий, злобный отморозок… тебе было весело мучить ребёнка? Тогда отведай мучений от меня».
Стиснув зубы, Санни пнул Анвила ногой в раненое бедро и увидел, как тот упал на колени.
С неба обрушился дождь мечей, чтобы уничтожить Санни, но огромная волна теней поднялась вверх и превратилась в неприступную стену, не позволяя им помешать ему.
Он глубоко вздохнул.
«А это… это за меня. За все те страдания, через которые мне пришлось пройти из-за тебя и таких, как ты».
В нём многое изменилось, но одно осталось прежним. Санни… Санни никогда не забывал своих обид.
С холодным презрением глядя на стоящего на коленях Короля, он поднял одати и приготовился нанести последний удар.
Впервые в глазах Анвила зажглись явные эмоции.
Гнев… нежелание… отчаяние…
Он с трудом поднялся на ноги, кровь стекала по его изуродованным доспехам.
«Ты… ты не можешь убить меня… Нефис, она та, кто…»
Санни нанёс удар, не дожидаясь продолжения.
Чёрное лезвие его змеиного одати прошло сквозь шею Короля, не встретив особого сопротивления, и отрубленная голова покатилась по равнине.
Железная корона соскользнула вниз и упала на окровавленную кость.
Тело Анвила покачнулось, а затем с лязгом стали рухнуло вниз.
Далеко вверху все оставшиеся мечи растворились в буре искр, и на мгновение показалось, что небо полыхает алым светом.
Это было действительно захватывающее зрелище.
Глядя на него, Санни не мог не вспомнить багровый гобелен полярного сияния над Антарктидой.
Когда искры исчезли, он глубоко вздохнул и закрыл глаза.
Через несколько мгновений Санни тихо произнёс: