Пока Кэсси сгорала, её разрушающееся тело окуталось прекрасным белым сиянием и исцелилось.
…Только для того, чтобы сгореть вновь, когда Нефис ещё раз опустила свой меч на иссякающую реку крови.
И когда её хрупкое тело разрушилось и восстановилось, крошечная капля крови Королевы, струившаяся по её венам, смешавшись с её собственной, была уничтожена — крошечная капля, но далеко не вся.
Тогда Королева заговорила с ней:
«Неужели тебе не жаль свою подругу?»
Было ли ей жаль?
Нефис не была уверена, что чувствует жалость. Что она вообще способна что-либо чувствовать.
Но потом…
Наконец-то пришла эмоция.
Это была не ярость, не жажда крови и не мрачное ликование от того, что она близка к свершению мести.
Вместо этого это было… сострадание.
Это было беспокойство и тревога за подругу.
А также облегчение от того, что она вообще что-то чувствует.
Похоже, в конце концов Нефис не утратила всю свою человечность…
Возможно, её старания приобщиться к человеческим вещам и страстям были не напрасны.
«Прости, Кэсси…»
Обрушив на Королеву шквал пламени, Нефис продолжила причинять подруге неописуемую боль и исцелять её.
«Ты чувствуешь это, Королева Сонг? Твои дочери отвернулись от тебя. Твоя чёрствость оттолкнула даже их, и теперь они — часть моего Домена».
Правда, пока не все. Но Сейшан была ключом. Когда она предпочла сестёр матери, Лунная Вуаль последовала за ней… и Повелительница Зверей тоже. Остальные тоже последуют за своей старшей сестрой.
Кипя и бурля, сильно уменьшившаяся река крови заструилась и превратилась в человеческую фигуру. Ки Сонг посмотрела на Нефис, бледная улыбка озарила её прекрасное лицо.
«Ты говоришь это, чтобы поколебать мою решимость?»
Нефис покачала головой.
«Я просто хочу посмотреть, заботишься ли ты о них вообще».
Благословение снова ударило, обжигая древнюю кость и заставляя Ки Сонг отступить.
«Повелительница Зверей была едва жива, когда я исцелила её. Лунная Вуаль умирала… она бы уже умерла, если бы не я. Их мать привела их к гибели, а враг спас их. Разве это не ирония? Даже сейчас, когда мы разговариваем, моё пламя пронизывает их, даруя им силу. Однако…»
Её голос стал холодным.
«Моё пламя может как созидать, так и разрушать. Теперь, когда они стали частью моего Домена… как ты думаешь, смогу ли я сжечь их дотла? Стоит ли нам проверить и узнать?»
Улыбка на лице Ки Сонг стала хрупкой.
«Ты угрожаешь убить моих дочерей, Нефис?»
Вместо ответа Нефис бросилась вперёд и пронзила её раскалённым клинком Благословения.
Вдали на груди Кэсси открылась страшная рана, и она упала на колени: её плоть обгорела и почернела, а затем исцелилась белым пламенем.
Нефис ощутила новое чувство…
Это была скорбь.
Их битва должна была скоро закончиться.
Она спокойно сказала:
«Нет… я обещаю сохранить им жизнь. До тех пор, пока ты будешь продолжать сражаться до смерти одной из нас, а не решишь отступить с поля боя».
У Королевы должны были быть и другие марионетки, спрятанные в укромных местах. Даже если бы Кай сумел уничтожить тех, что остались в Рэйвенхарте, они остались бы в других местах. А поскольку любая из них могла стать основным сосудом Ки Сонг, единственный способ убить её — это убедиться, что она решит сражаться до своей смерти.
Единственной слабостью Королевы были её дочери. Её любовь к ним, какой бы извращённой она ни была, была её недостатком.
И Нефис была готова воспользоваться этим недостатком, чтобы уничтожить её.
Ки Сонг подняла руку и схватила обжигающий клинок Благословения, глядя на прекрасного духа света своими жуткими мёртвыми глазами.
«Ты думаешь, что сможешь убить меня здесь, Нефис?»
Нефис направила своё пламя через Благословение, зная, что Кэсси кричит где-то вдалеке.
«Ты думала, что сможешь убить моего отца?»
Когда Ки Сонг притянула её ближе и сунула свою бледную руку в испепеляющее сияние Трансцендентной формы Нефис, кромсая её душу своей Волей, Нефис ровно спросила:
«Ты думала, что сможешь уничтожить клан Бессмертного Пламени?»
Они обе замерли, опустошая друг друга.
«Ты думала, что цель оправдывает средства? Что все твои грехи будут прощены, если ты победишь?»
Теперь появилась ещё одна эмоция…
Странное, детское чувство обиды и негодования.
«Тогда почему ты не победила⁈ Если бы ты победила… тогда бы мне не пришлось… тогда бы мне не пришлось испытывать из-за тебя всю эту боль!»