— все в порядке? — тихо спросил он
— вполне
Он завел машину и мы тронулись
— слушай ты говорила, что так справляешься с болью, а если я предложу тебе более безопасный вариант?
— какой? — спросила я чисто из вежливости, так как прекрасно понимала, что не променяю гонки ни на что
— у моего друга секция по боксу, это неплохо помогает сбросить стресс, я не тороплю тебя, ты подумай, если, что я договорюсь
— спасибо Вам огромное, правда, за все, ну что, а теперь добро пожаловать на чай.
Только маме не говорите, что меня арестовали, она расстроится
— не знаю даже — он пытался придать лицу строгий вид, такой словно он не одобряет на деле уже и так понятно, что он не расскажет.
Я же на секунду увидела в нем отца, настоящего, союзника и защитника, за спиной которого не страшно. И на которого можно положиться всегда и во всем. Он подмигнул мне. — ладно уж, но не дай Бог слышишь, не дай Бог ты опять попадешь в отделение, пеняй на себя
— есть сер — я улыбнулась так искренне как только умела.
После чего мы направились к нам домой
Несмотря что уже 12 часов ночи мама с радостью заварила мятный чай, суетилась с печеньем и пирогом. Я тихонько прошмыгнула в свою комнату и от чего-то мне казалось, что сегодня утром мы будем завтракать втроем.
Я и не против. Более того, я хочу этого больше чем они наверное. Ведь мама заслужила счастья. Она у меня самая лучшая и мне так хочется, чтобы ее глаза опять сияли. Похоже Бен в состоянии зажечь их. Я услышала мамин звонкий смех, от которого стало так тепло на душе как никогда раньше.
Мой телефон завибрировал, я невольно дернулась. Оповещение от Айви
«дорогая, встречай меня, завтра в 10:00 чтобы была в аэропорту иначе съем тебя»
Моя Айви, моя родная Айви, как же я соскучилась, ну конечно я встречу тебя
Моя Айви, приехала. Как же я ей рада. Милое улыбчивое лицо мчалось мне навстречу. Бросает багаж и крепко обнимает, меня отпускает, вот, родные обьятия домашные, свои. Мы присаживаемся в укромном местечке кафе.
Становится чертовски стыдно за свой скрытный характер. Она ни разу не поставила под сомнение нашу дружбу, ну не считая, маленького почти незаметного выпада ревности. Она поделилась со мной всем после случившегося, я же не посчитала нужным ей етрить раны. Я знала, что она злилась на меня за это хотя она и не разу не сказала мне об этом. Я просто слишком хорошо знаю свою девочку. Но на этот раз я исправлю это недоразумение, открою ей всю правду, и будь что будет.
— привет — тихо поздоровалась я хриплым голосом. Окидывая ее взглядом кашемировое пальто бежевого цвета, сапожки на каблуке, неизменные алые губы, волосы уложены уж слишком щепетильно, невольно замечаю как она повзрослела. Высокая, статная осанка, элегантный стиль одежды. Похоже матушка хорошо поработала над ее образом, манерой речи, поведением. Но со мной она становилась прежней, той Айви которую я помню, моей Айви
— привет малыш, как ты? — тепло спросила она, от чего хочется разрыдаться.
— все хорошо
— а как там твой поклонник? — она рассмеялась, словно ожидала, что я скажу что это глупая шутка, но как только увидела мое лицо усмешка сползла с лица — погоди так ты серьёзно, о том, что кто-то за тобой следит?
— более чем, недавно Джефферсона отметелили, а в карман положили фото и записку чтобы тот уносил ноги — я заткнулась ожидая бурной реакции, но в ответ лишь не понимание
— а он здесь причем?
— я не говорила, не знала как тебе рассказать, ведь ты его любила, а он…
— погоди ты хочешь сказать, что он провернул тоже самое, … С тобой? — она вопросительно посмотрела на меня, я тяжело вздохнула.
Боль моментально вернулась, а в памяти всплывали самые противные картинки содеянного. Так не хотелось все это выливать на нее, ну раз уж решила, нужно идти до конца
— не совсем…
— ничего не понимаю
— он не наблюдал, он… Черт… Вообщем это он изнасиловал меня — словно скороговоркой дабы поскорее избавиться от этого груза, невольно по щеке потекла слеза.