— Лилиан прости меня, я не хотел, не понимал, черт, не знаю с чего начать — Крис прокашлялся, я же услышав его голос скривилась. Как же больно слышать сейчас его прости в тысячу раз больнее, чем тогда. Так как сейчас я прекрасно понимала, что узнаю какую именно роль он сыграл в этом. Знобило словно в лихорадке. Жуть
— он позвонил мне за неделю до того злополучного дня. Сказал есть разговор, и что мне будет интересно. Не знаю почему я согласился.
" — любишь ее? — подошел он ко мне с вопросом в лоб. Я не понял, тогда тот продолжил — Лилиан, я знаю, что ты от нее без ума
— прекратите, я не знаю о чем вы — тогда ответил я. Но он ясно дал понять, что припираться незачем. Тогда он предложил мне сделку от которой я отказался изначально. Он сказал, что хочет просто попробовать тебя, один раз, после чего ты будешь моя стоит мне только быть рядом и ты сама прийдешь ко мне в обьятья. За утешением. Мне нужно было просто обеспечить закрытую дверь и отсутствие рабочего персонала. Конечно я его послал к чертям — я скривилась, стало так противно и ведь прав побежала — но когда ты стала маячить перед моими глазами то и дело зажимаясь с Мартином, целовалась на глазах, а когда увидел кольцо обомлел, я ревновал до ужаса. Сходил с ума, вымещал злость на всех. Стал похож на живой комок нервов. Да я любил тебя Лилиан и сейчас люблю, да моя любовь нездоровая, возможно, но тогда когда я был на пределе ко мне опять подошел Джефферсон и предложил снова. Я даже не помню как я согласился.
В тот день я пришел в себя, и уяснил, что не смогу этого сделать. И хоть уговорил распустить весь персонал дверь закрывать не стану, мало того, я хотел помешать. Но тут ваш поцелуй у крыльца такой горячий, жадный, я отчетливо понял, что ты никогда меня так не поцелуешь. Никогда так не полюбишь. Пока рядом Мартин ты вообще не взглянешь на меня. И тогда я просто сделал это, прости меня, пожалуйста, я знаю, что это невозможно.
Я не понимал как сделал тебе больно, мной правило упоение, что все как он и говорил, ты мне доверилась стала настолько близкой, родной, пускай и не было таких жарких поцелуев, я упивался твоим присудствием, твоими обьятиями, я поделился с тобой самым сокровенным, моими гонками, желая еще теснее связать нашу дружбу.
Всю серьезность и мерзость своего поступка я начал понимать только после того как ты рассказала мне все откровенно, не прикрито, моя душа разрывалась, я возненавидел себя за это. Еще и чертов Джефферсон в то утро позвонил и потребовал опять провернуть такое. Но я уже сполна осознал, что я натворил по этому послал его к чертям. — я помнила этот день, господи, как мерзко, как гадко — ты вправе меня ненавидеть, я готов если хочешь вовсем признаться и понести наказание только прошу не молчи — я не могла выдавить и слова.
— один вопрос — обратилась я к Мартину — если все так, за, что ты просил прощения, тогда?
— как я тогда думал, что этот урод тебя только жестоко избил, я виноват в этом, привел тебя к нему, по этому вымаливал прощение, и сейчас я прекрасно понимаю, что мне нет прощения, но все же я прошу попытайся простить меня, давай попробуем сначала, хочешь мы уедем, начнем жизнь по новой, хочешь?
— я уезжаю, ... но без тебя,… Айви нам пора, еще 5 минут и Бен забеспокоиться — мы направились к выходу как мою руку перехватила чья то рука. Мартин
— кто такой Бен?
— ты утратил право интересоваться моей личной жизнью, и пожалуйста перестань мне отправлять цветы — ответила я сухо.
Я не знала, как себя вести, в голове такой бардак, сил нет с этим разбираться. Нужно понять как жить дальше и куда двигаться. И хочу ли я видеть в новой жизни Мартина, не знаю. Слишком неоднозначное сложилось впечатление. С одной стороны я люблю его так сильно как никого не любила. Я умираю без него и если тогда я подпитывала себя ненавистью то сейчас она испарилась. А с другой он живое напоминание о случившемся, да и как никак все равно причастен, смогу ли я справиться с этим.
Молча сажусь рядом с Беном, чувствую облегчение, словно умылась, даже дышать легче стало. Машина отдаляется и чем дальше тем легче дышится
— дорогая, ты ничего не забыла? — услышала я голос матери.
— вроде нет
— тогда Бен отнесет багаж в машину, а ты спускайся будем обедать
— стоп, а где Айви? — спросила я мать настигнув ее у кухонной двери.
— она сказала, что у нее дела, и что будет ждать тебя у аэропорта.
— хмм, интересно какие могут быть у нее здесь дела — размышляла я вслух.
— привет, молодёжь как спалось, ничего не забыла? — поинтересовался новоиспеченный папа. Они с мамой решили жить в нашей квартире так как она ближе к работе что Бена, что мамы. А дом Бена сдавать.
— привет, нет вроде, что вы все так переживаете, чтобы я ничего не забыла. Боитесь, что передумаю — в шутку произнесла я
— что ты дорогая, как ты…
— мам, все ок, я же шучу.
— ох, дочь, я все еще считаю, что это глупая затея
— или самая разумная из всех — тяжело вздохнула я и ей нечего добавить.