Неловко как-то приходить в ресторан в котором я работаю в качестве гостьи. Не мое это ну хоть убей. Мы приехали, водитель открывает дверь машины, Майкл ожидает у входа. Красив как черт, угольно черные волосы взлохмачены, на нем рубашка не до конца застегнута и черные брюки опоясаны ремнем очередного дорогого бренда. Туфли, от пиджака парень на сегодня отказался и том спасибо. Неловко жуть, уже десять раз по дороге отругала себя, что все-таки поехала, ну незачем это мне.
— добрый вечер, Лилиан, вы одни?
— да подруга не смогла сегодня приехать, так что, вот
— что же, тем лучше, пройдемте
— а может просто погуляем? — нервничала как никогда. не хотелось мне туда где персонал знает меня как свою и тут прийдется обслуживать не хочу разговоров, допросов, осуждения.
— хм, а что? Можно, сто лет не гулял — он рассмеялся и подал мне руку, я робко вложила свою. Что я делаю господи какая я наивная дура
Что я ощущала, толком ничего кроме неловкости и стеснения. Мы прошлись немного в сторону парка затем поужинали в придорожной кафешке, недорогой, простой, без пафосной то что нужно. Стало намного комфортнее. Я удивилась, что Майкл не брезговал уличной едой, более того уплетал що за ушами щелкало, когда я спросила доводилось ли ему раньше пробовать такую еду, он лишь рассмеялся.
Когда он затронул прошлое, позитивный настрой улетучился словно его и не было нет ничего такого, просто вопрос о переводе в Оксфорд и его причины, но меня трясло так словно меня долбонуло током, похоже слишком рано еще заглядывать в то окошко моего прошлого.
Майкл конечно ничерта не понял, но попытался как-то меня успокоить, но я кажется не слышала его после чего он сделал то чего я явно не ожидала от него. По крайней мере так скоро, он просто поцеловал меня, резко, не терпя возражений с напором, сминая мои дрожащие губы проникая языком внутрь, задевая зубки, пробиваясь внутрь, вынуждвя отвечать на его ласки, сама не поняла как сдалась, растворилась в моменте, в миг забыла обо всем на свете, забыла как только, что меня трясло во всю, забыла за багаж в прошлое. Меня словно взяли и бросили в космос, умопомрачительное чувство, лишающее рассудка. При том, что он ничего не делал правой рукой придерживая за затылок просто целовал, целовал не спрашивая разрешения, брал то, что хотел, как-то умудряясь сбить все радары внутри меня. Отстраняется. Голубые глаза походят на грозовые тучи, дыхание сбитое
— прости я просто теряюсь когда девушка паникует, я спросил что-то личное? Прошу прощения. Я не хотел задеть твои чувства — а я что, я в нирване. Мозгами понимаю глупость не больше. только после несчастного поцелуя нет сил собрать себя воедино
— Лилиан, я совру если скажу, что ты мне не нравишься, я хотел бы чтобы ты была моей женщиной, не спеши. Я не тороплю. Подумай, а сейчас водитель отвезет тебя домой ты выспишься, а завтра мы обсудим мое предложение, идет? — господи словно деловую зделку заключает. Нет сил противоречить. В одном он прав, завтра будем все обсуждать, а сейчас спать и приходить в себя, хотя вряд ли засну нужно понять, что это черт побери было
Черт, что это? Не уж то чувство вины, перед кем, перед Мартином? Нет нет, я взрослая девочка, к тому же меня больше ничего с ним не связывает. Совершенно. Тогда от чего это гадское чувство вины, до дрожи. Может это просто смятение от того, что я ощущала. А что что, ощущения были дикими необузданными. Меня словно отключило на тот момент, втягивая в трясину ощущений. Скорее всего тело просто изголодалось по мужской ласке, да скорее всего.