В такие моменты ненавижу себя и то, что у меня нет тех денег достаточных, что бы прижать таких обнаглевших мудаков. Замуж какое блядь замуж. Завтра же все сми будут трубить о новой невесте миллионера красавчика. Нужно в уборную. Почти достигаю цели как чья то грубая рука затаскивает меня в какое-то помещение, темно и тесно. Знакомый голос от которого сердце пропускает удар.
— какого хрена ты творишь? Кто он тебе? И какое нахрен замуж? — Мартин ты ой как не вовремя и откуда только взялся
— ты как здесь оказался? — шиплю на него не столько от злости на него как на саму ситуацию в целом
— банальные приемы для толстосумов. Я в их числе, не важно. Важно, что ты кое о чем забыла
— ты про что — стала защищаться я
— то, что ты принадлежишь мне, я не люблю делиться. Разве ты забыла меня, нет не могла. Ты можешь отрицать, только твое тело говорит совершенно о другом — и правда мурашки по всему телу, трясет как в лихорадке, низ живота стягивает в тугой узел. Не хватает воздуха. Хочу хотя бы попытаться сопротивляться, но он резко подымает подол моего платья, срывает трусики и ныряет в меня двумя пальцами. Выбивает воздух из лёгких, задыхаюсь. Стон как мне казалось можно услышать на луне. Затыкает рот поцелуем
— чертовски сладкая, как же я скучал — и надо бы воспротивиться, послать к черту от греха подальше. Только дикий голод по нему сковывает, теряюсь в ощущениях , тоска по нему слишком сильна. Он масирует двумя пальцами мое самое сокровенное место, место которое горит от диких ласк напористих рук, смешивая все это голодным поцелуем так жадно словно сто лет женщины не видел. Теряюсь в пространстве.
— моя только моя, никому не отдам, — не своим голосом шепчет. — ты помнишь, знаю помнишь все до единой капли, каждое прикосновение уверен отпечаталось в памяти словно клеймом. Не могла забыть. Так же как и я помню тот первый раз — Вздрагиваю когда чувствую у входа его член в полной боевой готовности жаждущего попасть в желанное лоно. Все ощущения вмиг улетучиваются
— а еще я помню как меня ломали, убивали из нутри, нет физичискую боль я тоже прекрастно помню только душевная врезалась в память как ты там говорил клеймом, а знаешь, что запомнилось больше всего, то что ты собственно ручно отдал меня на растерзания, я всегда буду помнить Мартин, всегда. — говорю не своим голосом, охрипшим, сорвавшемся, словно кричала час без устали, пересохшими губами, боль выливается, сковывает, жжет. Он замирает, встаю, поправляю платье, прическу направляюсь на выход. Не мешает, не встает на пути, спасибо за это, мне сейчас нужен глоток свежего воздуха. Вылетаю врезаясь в Майкла. Черт,черт, черт .Главное, что бы Мартин не пошёл следом
— детка ты куда пропала, я понимаю, что я огорошил тебя немного, но поверь эта игра стоит свеч. Ты будешь счастлива, я обещаю, любой каприз, в замен лишь повиновения я больше не прошу — молчу, потому, что я не здесь, я еще там, с мужчиной который перевернул мой мир и стал частью моих кошмаров. Не сразу сообразила, что Майкл обнял меня
— я хочу домой — только и сумела произнести, сипло, безжизненно. Разве могла быть жизнь там где убили, растоптали, стерли, погубили. Где не спрашивая лезут в душу в самое сокровенное, и наводят свои порядки. А после поют серенады о великой любви. Люди кому вы поёте? . Прогнившей плоти вместо души, я мертва. Нет меня, как вы не поймете.
— я отвезу, но завтра нам стоит поговорить. — слышу голос Майкла. Не сводит взгляда. Изучает мою реакцию, пытается понять причину моей апатичности, затем взгляд направляет мне за спину, в миг лицо каменеет ни единой эмоции, просто застывшая статуя.
Я прекрасно поняла, что Мартин вышел из кладовки, но было слишком все равно, плевать, хоть убейтесь, я слишком устала, устала от этой поганой жизни. Устала копаться в себе. Обхожу потенциального жениха, бурчу в след о том, что жду в машине когда он решит все свои дела. Сегодня нужно перебороть себя, сломать окончательно, уничтожить, дабы построить новую жизнь, новую себя, по кирпичику, тсчательно выстраивая стальной характер, мертвую хватку, и устойчивость, высечь жалость и постоянный страх, что бродит внутри сковывая похлеще кованных оков. Сменить окружение, оставить только самых нужных.
Майкл не заставляет себя долго ждать. Злой занимает место рядом. Дает указания водителю отвезти сперва меня
— к тебе
— что? — похоже он удивлен
— ты хотел поговорить? Зачем тянуть, решим все сейчас или у тебя сегодня в планах очередной вечер с брюнеткой? — Ничего не отвечает, но все же дает указание водителю.