Сегодня мать пришла с Беном, у нас был сложный эмоциональный разговор на повышенных тонах,. Они хотели увезти меня домой, еще чего. Я не брошу его здесь без меня, ни за что. Мать ушла с слезами Бен лишь тяжело вздохнул.
По вечерам я сидела рядом с ним, держала его за руку и размышляла о будущем рядом с ним
Этот вечер не был исключением
— мы купим небольшой дом, где-то в дали, обязательно с газоном. Я обставлю его на свой вкус, что бы он был уютным, теплым. В гостиной будет камин, на котором будут наши совместные фото, поленья будут потрескивать, а мы после трудного дня греться у него попивая белый шардоне.
Я буду каждый день говорить люблю тебя мое сокровище, в ответ получать томительные поцелуи. Ты слышишь, черт бы тебя побрал, слышишь я люблю, люблю тебя до беспамятства, до боли в конечностях, до дрожи.
Я не могу тебя потерять, не могу, не сейчас когда поняла, что ты мой, что жить без тебя не могу. Я же сдохну без тебя...... Мы должны купить щенка, только обязательно золотистого ретривера. Я до жути люблю этих милашек. Мы будем вместе его выгуливать, а когда будем путешествовать будем нагло спихивать его Айви с Генри. — все говорила, говорила в который раз умывалась слезами.
— а детей тоже будем сбагривать твоей несносной подружке? Учти я хочу девочку и мальчика — услышала я хриплый голос, такой любимый недостающий. Не поверила, подняла взгляд и обомлела.
На меня смотрели любимые изумрудные глаза которые светились счастьем. Он слабо улыбался — моя принцесса, я думал мне все это снится. Слышал твой голос, каждое слово, слышал и помню. Не отвертишься теперь. И я люблю тебя малыш — он прокашлялся я подскочила, поднесла воду. Все еще не веря своему счастью
— а я и не хочу. Готова на весь мир кричать люблю тебя, люблю. Только больше не оставляй меня, не смей, ты обещал. Ты слышишь, обещал. — целую его лицо
— ради этого стоило разбиться к чертям, я готов так разбиваться сколько надо лишь бы мое счастье было рядом, малышка не плачь я тут, все уже хорошо
— ничего не хорошо ты гребаных пять дней пролежал здесь пластом, еще раз посмеешь бросить меня, прибью — он обнимает меня, а я блаженно улыбаюсь практически мурчу. Наконец-то дома. Он мой дом, моя обитель мое счастье мой покой.
— я люблю тебя малышка, больше жизни
— и я тебя люблю, больше всего на свете, не бросай меня больше
— теперь никому не отдам ни Майклу ни черту, нам столько нужно наверстать — запускает руки под свитер, гладит живот — моя, слышишь моя, никому не отдам, не отпущу
Через неделю нас отпустили домой, я была рядом, старалась надышаться им, впитать все чувства, что он дарил мне. С ним, я по настоящему счастлива, счастлива как никто другой. Он мой мир, моя вселенная. Сейчас все правильно, все на своих местах. Нет больше ничего кроме нас. Все остальное не важно, главное он жив, он мой. И никому больше не отдам
— котенок — проурчал на ухо мне, протяжно с хрипотцой, заставив заерзать на сидении его авто.
— гмм — на больше не хватает воздуха
— я так соскучился по твоим губам. Можно? — спрашивает. Черт зачем спрашивает если знает, что я не меньше. Сама впиваюсь в его губы, осторожно, дабы не зацепить ссадины, но как только он требовательно надавливает все барьеры слетают, жадно отвечаю, упиваюсь, стараюсь наверстать упущенное, отомстить за все дни которые я боялась его потерять, за все нервы, за всю боль.
Он перетаскивает меня к себе на колени, запускает руки под платье, находит грудь, сминает. Глухо стонет мне в губы
— помнишь что-то похожее уже было, и ты сбежала, только попробуй сейчас сбежать, накажу — возвращаю его руки на место, слишком скучала, чтобы тратить время на разговоры. Сама снимаю платье открывая доступ к груди он срывает лифчик. Черт не успела подумать можно ли моему мальчику секс как он берет в рот сосок, втягивает его рычит, сминает вторую грудь. Ерзаю на нем, мозги напрочь отключаются от ощущений, возбуждена до предела, как только чувствую его напрягшуюся плоть лезу к ремню. — нет, нельзя — перехватывает мои руки удерживая их сзади, продолжает наслаждаться грудью, а я взвываю
— сжалься, я так скучала — задыхаюсь, все планы к чертям, нас Айви с Генри ждут, а мы тут занимаемся бог знает чем.
Не дает высказать в голос, резко укладывает меня на сиденье срывает кружевное белье и целует там, так сладко, что рискую взорваться, так приятно, о господи, я сейчас взорвусь, мне нужно почувствовать его там, внутри. Нагло тяну его на себя, срываю штаны, смотрю умоляюще. Щадит, и входит, резко до предела, словно зверь.