Снова кристальные капли катятся по ее щекам. Не знаю, где она училась так играть, но выглядит всегда очень убедительно.
- Все-все, успокойся. Я очнулась. Я тут. Как бы мне этого не хотелось, я все же тут.
Спустилась с кровати, осторожно касаюсь ковра с длинным ворсом, пальцами ног. Шаг-второй, что-то почувствовала. Опустилась на корточки и запустила руки в ворс. Пуговица. Сжала ее между средним и указательным пальцем, как будто прятала доказательство того, что мы были вместе. МЫ БЫЛИ ВМЕСТЕ.
- Мара твоё поведение меня пугает. - Скажи Ингрит, в чем твоя особенность? Мартин пожиратель эмоций, Крему достаточного сенсорного присутствия, ещё он неплохо читает мысли. Эдвард несколько раз делал меня эмоционально невидимой для Мартина, и ещё астральное тело, я даже знаю о давно забытой Стэле, ее суккубоподобности, а в чем твоя фишка? - Мара, это трудно объяснить. - Расскажи. Просто начни с чего - то. - Если ты про поглощение эфира, то мне, как и Эдварду и Крему, достаточно сенсорики, прикосновения, взгляда, только если объект не далеко от меня, ну и всего остального. Особые фильтры мне не нужны. Единственное - доверие. Я не приму чужой эфир без доверия донора. Твоё доверие я чем-то упустила, но знаешь, мне плевать.
Не разрешила продолжить тему, на которую Ингрит так скоро решила перевести мое любопытство.
- Ну а дополнительные качества? - Ну, я неплохо готовлю. Чувствую приближение, таких как мы. - Овлов? - Овлы один из видов, подобных нам много. Есть основание думать, что не одни, кто пришел в ваш мир. И непонятно как отсюда уйти, но известно лишь то, что нужно колоссальное количество энергии, чтобы открыть портал, и удержать его.
Именно по этой причине Крем и Эдвард попали в этот мир уже пустыми. Кочевники не бывают одиночками, с ними всегда кто-то есть, поэтому переход держат до тех пора, пока не останется только тот, кто открыл его. Пока, ты единственный источник этой энергии способный быстро пополнить резерв. - Вам тоже нужно уходить?
Эта мысль почему, затронула за живое.
- Нет. Нам некуда возвращаться. Овлы потеряли свой мир, нас можно по пальцам пересчитать, а вот что может быть нужно, тем, кто за тобой охотился... - Он говорил, что-то о нашей с ним долгой разлуки Но я не помню его. Ни разу не встречалась с ним. - Ты разрешишь покопаться в твоей памяти? Нам надо отыскать хоть кого-то похожего на Рена. Есть предположение, что он из талпов. - Кто такие эти талпы? - На ваш лад, это хамелеоны, способные менять внешность. Я стала перебирать в голове образы всех, кого видела после первой попытки суицида. - Нет, это без толку. Давай спустимся. Нам нужен Эдвард.
На ватных ногах направилась комоду. Вытащила оттуда рубашку, которую Крем предлагал мне впервые день, как я очнулась у него. Две новые пары белых носок, шорты. По-прежнему крепко сжимаю пуговицу в руке. Пусть думают что хотят. Затянула пучок на голове, и закатав рукава рубашки направилась к выходу. Ингрит никак не прокомментировала мой внешний вид.
Белоснежные кожаные диваны, на которых я могла бы уместиться в полный рост, ещё и место бы осталось, словно стали меньше. На обоих сидели полу возбужденные демоны, и презрительно смотрели друг на друга, как соперники в шахматной игре. Крем не шелохнулся с места, будто пришла не я, а сквозняк пробежал по комнате. Эдвард же мгновенно перевел на меня взгляд и тепло улыбнулся. Немного сконфуженно кинул подушку на свои колени, перекрывая ею голый пресс.
-Эдвард?
Смазливая физиономия смотрела на меня своими огромными голубыми глазами, волосы все такие же белые, как лист офисной бумаги. На этом внешность с тем, кого я знала, закончилась. Он не был тощим, далеко не подростковой внешности. Передо мной сидел мужчина, ничуть не уступают габаритам Крема. Да, наверное, я соскучилась. Не раздумывая, бросилась к мужчине. Эдвард отрицательно завертел головой и выставил руки перед собой, чтобы не дать себя обнять.
- Нет Мара! Стоп!
Я не внимая того, что мне говорят, настигла и уже почти поцеловала. Резкий толчок. Я сильно приложилась копчиком на стеклянный столик, от чего громко взвизгнула . Ничего не понимаю. В голове полно мыслей роящихся, словно испуганные чайки, и лишь одно желание, уйти, убежать. Треск отвлекает меня. Две огромные крылатые фигуры скрываются от глаз, вылетев через вышибленные двери дома, попутно опрокинув, что-то на пол. Гостиная была превращена в руины. Неужели я так глубоко спала, что не слышала этого погрома. Рев! Я не знаю языка, на котором они говорят, их голоса похожи на жуткие раскаты грома.