Щелчок двух пальцев.
-Давай крошка вставай.
Он пригладил мои волосы, промокнул кровоподтёк над губой ватным диском и осторожно отвел к стулу с фиксаторами.
-Давай солнце мое, ты сможешь, я верю в тебя, а когда у тебя получится, я приготовлю тебе кофе, сам, своими руками, я умею готовить обалденный кофе, ты должна его попробовать!
Третий-четвертый разы снова ничего не дали. Моя жизнь превратилась в сплошной день сурка, где я просыпаюсь от очередной порции ударов и ругательств. Во мне не осталось сил и эфира.
- Если не дать тебе восстановиться ты рассеешься.
Рен был похожий на насосавшегося клеща, которому вот-вот оторвет голову от тяжести собственного брюха, если не отцепиться от добычи.
Удар по голове раскрытой ладонью. Сука! ты решила уйти? Навсегда? А вот хрен тебе, я же сказал, ты будешь подыхать до тех пор, пока не получится. Тяжелой поступью психопат вышел за металлическую дверь. Свет погас.
В темном помещении. Я знаю - там за стенами коробки стекла граней. Мне надо оставить послание, но я не могу, не могу пробиться сквозь жестяные листы. Да и кому? Кто способен посещать грани кроме меня? Первородные... Я знаю только двоих и не одного больше не чувствую гарантом своей безопасности.
- Раз-два Фредди заберет тебя... раз, два...
Там, за стеной кто-то повторяет считалочку из детского хоррора и осторожно скрипит пальцами по стеклу граней. Словно сейчас я чья-то реальность, а не наблюдатель в узком коридоре между витрин, как это всегда было.
Я сидела на ненавистном стуле с затекшими конечностями, качаясь как душевно больная каждый раз, когда свет гас, чтобы снова услышать щелчок датчика, оповещающий о том, что в помещении еще кто - то остался. Сколько прошло времени - день, неделя? Сколько раз я пробуждалась после очередной попытки, как выразился Рен - нарисовать на его теле, эти чертовы иероглифы. Знать бы, что они такое вообще...
Эдвард называл их индикатором. Ерунда какая-то на талпах нет индикаторов, как и на игнисах, не на ком кроме овлов их нет. Мартин. Я помню как его татуировка стала немного больше изначальной, после того как мы переспали... Смешно, я считала его своим избранником. Переложила на него образ того, в кого влюблена. А что если дело в чувствах? Ведь это тоже энергия, определённая энергия не похожая на все остальные. Я спасала Крема, потому что не могла иначе, потому что люблю его. Любила, нет, люблю по-прежнему и уже ненавижу всем сердцем, я запуталась сама в себе. Есть ли разница в этих чувствах, когда предали, и кроме того, что к нему тянет как магнитом, чувствуешь опасность, и страх , ведь снова будет больно. Всегда было больно.
Первый и единственный раз, ты вспыхнешь в день, когда к нам вернётся Эдвард и Крем.
Ингрит, она знала, она изначально все знала, ну конечно, почему я сразу не подумала. И тот парень говорил, что в Азере, к месту перемещения собрались все. Крем хотел накормить Азер. Восстановить его силы, он знал, что я не смогу иначе, все изначально было долбанным заговором. А наследник вернётся на Азер героем, осыпавшим побитый судьбой народ эфиром, как манной небесной. Внутри зашевелилась змея капающая ядом и выворачивающая все наизнанку. Нет никаких перемещений, нет никаких новых реальностей или других линий событий, они есть только для меня. Для Овлов все остается на своих местах, именно они чертовые сценаристы моей жизни. Сколько раз я умирала по их сценарию, и сколько раз я умираю по сценарию Рена.
- Это невыносимо больно, понимать что убиваешь того, кого любишь.
- А теперь представь, что будет чувствовать Крем.
-...Азер пора готовить к прибытию королевы.
Как же быстротечно все...
У нас нет понятия любви, не здесь не в этом мире.
Мартин давал подсказку. Самый молчаливый с грустью наблюдающий за всем, что творилось вокруг меня. Он единственный кто пытался что - то исправить, Он ведь мог сожрать меня в тот вечер как Крем, не возвращать мою энергию обратно. Остановил. Отказался. Выслуживался перед Кремом? Все-таки он наследник континента, первородный...
Все что я хотела - покоя. Наверное, именно так. Выбраться из этой западни невозможно. Как скоро Рен поймет, что его идея не воплотиться в жизнь, так скоро меня не станет. Раз-два Фредди заберёт тебя... Раз-два... Я повторяла вслух одну и туже детскую считалочку которая крутится в моей голове с того момента как я себя помню. А с какого момента я себя помню? Наверное, прицепилась в приюте. Три-четыре... Рен уже устал играть роли. Все что он делал это заходил в комнату и молча, ждал моих действий. Смех рвется наружу.
- Фредди, а ты знаешь, Рен уже и сам не рад своей затеи. Жаль его. Было столько энтузиазма, столько азарта и вот мечта рассыпается на его глазах. Вместе с моим желанием существовать, тут мы квиты. Я пыталась промозгнуть засохшую пелену перед глазами, но ничего не выходит. Все было похоже на очертание сквозь белую муть. Как будто я смотрю сквозь аквариум с мыльной водой.