— Теперь пей ты! — произнесла она хрипло, подойдя к нему вплотную.
Не глядя, наполнила бокал, поднесла к его губам, когда он опустел, откинула в сторону. Забралась руками под свитер, легонько провела ноготками по спине…
Потом — отпрянула неожиданно, закружилась, подняв руки, одним движением сбросила сорочку и осталась нагой. Снова подошла вплотную, надавила на плечи, усадив его в кресло… Олег обхватил ее бедра, притянул к себе, раздвигая языком складки, нежные и трепещущие, словно лепестки едва распустившейся розы…
Девушка откинулась назад, замерла, выгнулась, застонала… Тело ее сотрясла судорога наслаждения… Не открывая глаз, она скользнула вниз, нашла ртом его плоть…
…Она лежала на спине, обняв его ногами, замирала на миг, словно прислушиваясь к чему-то в себе, открывала глаза, смотрела на него невидящим взглядом, снова смыкала веки, закусывала губу и мчалась, мчалась к новому, пронизывающему ее всю наслаждению…
…Некоторое время они лежали неподвижно, безмолвно, в сладкой полудреме, пока не начинали чувствовать беспокойство нового желания… Ее губы скользили все ниже по телу мужчины, ласкали горячий жар его плоти, и она чувствовала растущее в себе желание, и снова кусала губы, и ждала, пока этот жар не станет нестерпимо желанным, и тогда принимала его и неслась, мчалась, летела, пока с губ ее не срывался стон, еще, еще…
— Сделай мне больно… — прошептала она едва слышно спекшимися губами, поворачиваясь к нему спиной. — Пожалуйста…
Он вошел в нее сзади одним движением, девушка вскрикнула, закусила руку, замерла, чувствуя его движения и изумляясь новому, скорому возбуждению…
Почувствовала его горячую влагу, напряжение стало нестерпимым, его палец нежно коснулся ее возбужденного «язычка», и все взорвалось снова стремительным фейерверком…
…Она лежала на подушке, ощущая соленую влагу на губах… Слезы лились сами по себе, а его руки касались ее кожи, и она растворялась в этом тепле…
…Ей снилось, что она бежит через поле… Трава была высокой, но она бежала быстро, и трава стелилась ей под ноги… Обернулась: человек со шрамом бежал следом, спотыкаясь, но он приближался… Приближался… Настигал…
Обрыв был такой, что обойти его было нельзя. Внизу клубился туман, и ей вдруг показалось, что это бездна, что… А сзади она слышала дыхание преследователей… Оглянулась через плечо: ее настигал волк. С желтых клыков падала клочьями пена, а глаза были человечьи… Разумные, расчетливые, злые…
Через всю морду волка тянулся шрам…
Аля сделала шаг и полетела вниз. В клубящийся прохладный туман. В бездну…
Девушка разом открыла глаза. Вместо острых, разрывающих плоть каменьев, вместо холодного, равнодушно? тумана было удобное ложе и тепло сильного тела рядом…
Сердце колотилось часто-часто, но ощущение того, что она жива, пело, пульсировало в каждой клеточке ее тела… Осторожно, словно маленький звереныш, она втянула ноздрями воздух, точно стараясь запомнить этого мужчину навсегда и узнать его потом из сотен, из тысяч, и миллионов… И еще — она чувствовала его дыхание… Он был жив… Они были живы…
— Ты не спишь?.. — шепотом спросила девушка.
— Уже не сплю, — ответил он.
— Может быть, я сошла с ума?..
— Тогда и я тоже…
Аля повернулась к нему лицом, на глазах снова закипели слезинки…
— Я люблю тебя… Ты слышишь? Я тебя люблю… И не нужно мне ничего отвечать…
Я не распутная и не развратная, я не знаю, что произошло… И я счастлива, что это произошло, ты понимаешь?..
Он коснулся губами ее губ, девушка прильнула к нему всем телом, замерла расслабленно, уткнувшись в подушку, заплакала…
— Что-то не так?.. — Он приподнялся встревоженно.
— Все так, глупый… Все так… И еще… Я сегодня убежала…
— Убежала?..
— Да. Во сне… От того, со шрамом… Он был волк. Понимаешь? Волк с человечьим взглядом… Ты на меня не сердишься?
— Сержусь?
— Ну… Я… Даже не знаю, как сказать… Я не показалась тебе слишком…
— Экстравагантной?
— Ну можно и это слово назвать.
— Ты показалась мне замечательной… — прошептал Олег, наклонился, поцеловал.
— Ты не врешь? Правда?
— Правда.
Алена откинулась на подушки и начала смеяться. Сначала голос звучал колокольчиком, потом… Смех захватил ее, перешел в хохот, она схватила подушку и — разрыдалась. Олег обнял ее, сжал так, что перехватило дыхание, она силилась вдохнуть, но не могла… Напряглась всем телом, пытаясь вырваться, и он — отпустил… Девушка дышала часто-часто и смотрела на него изумленно.
— Где ты этому научился?
— Чему?
— У меня была истерика?
— Не знаю, — пожал он плечами. — Не переживай. Все уже прошло. — Он помолчал и добавил:
— Все плохое. Лена вздохнула:
— Ты даже не представляешь, как я хочу тебе верить…
— И не веришь?
— Вот это и было самое трудное…
— Поверить?
— Да. Просто поверить.
— Это всегда самое трудное.
— Ты не обижайся на меня… И не сердись… Я нормальная… Просто… Просто за последние несколько суток я словно три жизни прожила… Ой! — Алена испуганно вскочила с постели. — У тебя зеркало есть?
— Только то, что в шкафу. Она подошла, открыла створку:
— Сделай, пожалуйста, свет поярче…
Олег покрутил резистор ночника. И с удовольствием рассматривал ее обнаженную фигурку. А она стояла и перебирала пряди волос, внимательно осмотрела лицо, окинула взглядом себя всю.
— Уф! — облегченно рассмеялась девочка. — У меня уже глюки.
— С чего вдруг?
— Ты знаешь… Я вдруг испугалась… что поседела.
— Не-а. Ты просто красавица!
— И что? Не родись красивой, родись счастливой, . — вздохнула девушка. Вернулась к постели, откинула одеяло. — Ого! А я думала, только я так хочу… — Рассмеялась возбужденно. — Это у нас нервное…
Он вошел в нее сразу, чувствуя ее влажное тепло. Она кончила почти мгновенно, с придыханием выпустив воздух сквозь плотно сжатые зубы… Замерла расслабленно на мгновение и снова заспешила туда, на пик, чутко откликаясь на его движения, подчиняясь упоительному, нарастающему ритму…
Они обессиленно лежали на спине. Мужчина наклонился с постели, нашел на полу пачку и зажигалку, прикурил две сигареты. Передал одну Але.
— Олег… Ты понял, почему я… Ну, почему я так вот сразу… Набросилась на тебя?.. Если честно, сама себя не узнаю… И фантазии у меня странные…
Просто… У меня был парень, еще два дня назад я думала, что люблю его, а он меня, а оказалось… Он меня предал. Не важно почему: со страху или просто случай представился… Предал, и все… И потом… Если тебе неприятно все это слушать, ты скажи, и я замолчу.
— Но ты ведь хочешь сказать.
— Да. Я хочу. Понимаешь… С ним была не любовь и даже не секс… С ним я просто трахалась. Не морщись и не считай меня… Просто это принятое сейчас словечко лучше всего отражает суть явления… «Трах», и все, и разбежались по своим делам. Словно… Словно не два человека, а… Я у него была как живая кукла.
Просто думала, ему хорошо со мной, а это… «Трах» — и ничего больше.
Совсем ничего.
— Аля, тебе ведь не очень приятно говорить все это…
— Погоди… Просто он был не-на-сто-ящий! А ты — настоящий, понимаешь? Ведь с тобой… Того, что было с тобой, я вообще никогда не испытывала! Совсем! Это было как вспышка, как озарение, как музыка, как солнышко… Ты знаешь, я всегда, все время думала про себя: да, в твоей жизни еще будет настоящее, потом, завтра, послезавтра… или скорее не думала, а словно в уме держала… Помнишь, как в школе? Два пишем, три в уме… Нет, я ничего не рассчитывала, ты ведь понимаешь?
— Да.
— Я говорила себе: жизнь только начинается, завтра будет все как в чудесном сне, и ты должна подготовиться к этому «завтра» и стать прекрасной и удивительной…
Для того, кто в этом «завтра» появится… И вдруг поняла: этого «завтра» может не быть! Совсем! Поэтому не хочу рассуждать… Хочу жить сейчас! Сейчас! Ты понимаешь?.. Я вдруг поняла, что все может окончиться, и я тебя больше не встречу никогда… А может быть, все это произошло со мной для того, чтобы мы встретились?..