Пегас усмехнулась, но в следующий миг ее охватило напряжение. Во Двор Ловчих въехала неприметная, но очень дорогая иномарка.
Плечи будто бы сжали чьи-то сильные руки, изящные пальцы покрылись тонким слоем изморози, а температура в зале понизилась на несколько градусов.
Пустота. Медленная, тягучая, она текла по воздуху, раздражая своим несвоевременным присутствием. И без того темное серое небо окрасилось в цвет блестящей стали. Стоило Пегас глубоко вдохнуть, как она ощутила слабую сырость и вместе с тем чувство нарастающей досады.
Не ее чувства.
С меланхоличным лицом, которое так раздражало Лу в повседневной жизни, Пэг проследила за тем как открывается дверь автомобиля и во Дворе появляется высокая фигура, замотанная с ног до головы в светло-серый плащ. Шаг у фигуры был резким и быстрым. За долю секунды она скрылась в дверях, ведущих в здание.
— Я чувствую, — тихо произнес Тони.
Он сидел с закрытыми глазами, на его губах плясала ироничная усмешка. К сырости прибавились резкие нотки гвоздики. Тритон снова закурил, но в этот раз обычные длинные сигареты. Руби и Пегас не посмели бы его остановить, по крайней мере, не сейчас. Он знал это и воспользовался подвернувшейся возможностью.
Не прошло и пяти минут с момента появления автомобиля во внутреннем дворе, как в дверях возник долгожданный гость. Оникс настолько редко одаривал своим присутствием Двор Ловчих, что и правда, был здесь всего лишь гостем, в то время как остальные чувствовали себя дома.
Мощный порыв ветра ворвался в уютный зал и играючи сбросил капюшон с головы Оникса, а тот, не стал его поправлять. В этом не было нужды, все до единого в этой комнате знали о нем абсолютно все. Но, несмотря на эти знания, понять его не могли даже они.
Мужчина в абсолютной тишине вошел в зал, прикрыл дверь перебинтованной рукой, и занял одно из свободных мест, положив вторую точно такую же перебинтованную руку на спинку соседнего кресла.
Он совершенно не изменился с тех пор как Пэг видела его в последний раз. Рыжие, словно жесткий лисий мех, волосы опускаются к плечам. Несколько коротких прядей цепляются за светлые ресницы, и Оникс небрежно сдувает их, не сводя с Пегас, взгляда своих черствых янтарных глаз. Резкие черты лица, угловатый подбородок, рыжая щетина и сухие бледные губы.
Удивление у Пэг вызывают только руки. Перебинтован каждый палец, ладонь, кисть и предплечье. Что такого могло произойти с ним? Пегас хмурится, отмечая про себя, что скипетра с собой у Оникса нет.
Не оставил же он его в машине?
Луна, устав молчать, покачнулась в кресле и широко приветливо улыбнулась.
— Давно мы тебя не видели, Оникс. Неужели совсем по нам не скучаешь? Или хотя бы только по мне, — игриво взмахнула она своими длинными ресницами.
Мужчина усмехнулся уголком губ, но не ответил ей.
— Думаю пора начинать заседание, — сказала Пэг, морщась. Она почти физически чувствовала на себе давящий взгляд янтарных глаз.
— Мне плевать на заседание, — перебил ее Оникс низким отрывистым голосом, такой обычно бывает у командиров Охранного подразделения, — я приехал сюда за объяснениями.
— О чем я и говорил в самом начале, — хмыкнул Тони, выпуская изо рта облачко белого дыма.
— Я чего-то не знаю? — спросила Лу, переводя взгляд с Тритона на Пэг.
— Наша дорогая Пэги отправила Ониксу сообщение с интересным содержанием, — любезно пустился в объяснения Тони. — По ее словам она нашла способ раз и навсегда уничтожить бесов.
— Правда? — ахнула Луна, взирая на Пегас, как на самого Великого. С тем же восхищением и подобострастием.
— Нет, конечно, — хрипло рассмеялся Тритон.
Меланхоличность вмиг слетела с лица Пэг. Она грозно прищурилась и сделала шаг вперед.
— Да-а, — протянул Оникс, — настолько неумелой лжи я еще не встречал.
— Тогда зачем приехал? — Пэг злилась и пыталась унять свои эмоции как можно скорее.
— У любого вранья есть цель. Хотелось бы узнать ее.
— Что с руками? — и не думала отвечать ему женщина.
— Умерь приказной тон, — осадил он Ловчию, — Я же не спрашиваю, что у тебя с волосами, — последовал грубый ответ.