— Безмозглый кошак, — сорвалось с уст.
Впервые за долгие годы нашлось то, что заставило не просто подняться с кровати, а буквально сорваться с места. Тени разбежались от моей прыти, и шепот превратился в мертвое молчание. Опираясь руками на подоконник, я высунулась из окна. Ник спокойно сидел внизу, нетерпеливо отбивая размеренный ритм хвостом. Я понимала, что зазывать его обратно домой бесполезно. Если исходить из библиотечных книг – коты равнодушны к командам, но ещё больше они равнодушны к людям.
На ночных улицах территории D можно было встретить только патрулирующих районы охранников. Нарваться на них в столь непригодное для прогулок время означало попасть прямиком за решетку, пока в течение нескольких дней будут выясняться причины этих самых ночных прогулок.
Стоило ли говорить, какое желание во мне бурлило отправиться вслед за котом? Вот и я думаю, что нет. С другой стороны, такая подходящая возможность сдать его на руки охране, пока поблизости нет Криспина…
Ник громко мяукнул, прерывая поток мыслей. Он всё ещё сидел на земле перед домом и пристально смотрел на меня глупыми глазами. Глупыми потому что, если в них была хотя бы толика ума, он не поставил меня в столь безвыходное положение.
А ведь если кошак сбежит, одной проблемой будет меньше. Вот только Ник сбегать не собирался, он стал ходить из стороны в сторону и орать, словно его режут. Если сюда сейчас набегут охранники, у них возникнет как минимум пару вопросов. Поэтому скребя сердцем и чувствуя холодок браслетов реагирующих на мои нервы, я спустилась вниз. Надеюсь, отец спит и видит десятый сон, а не то, как его взрослая дочь носится по территории за "несчастной", в понимании Криспина, животинкой.
Переодеваться я не стала, поэтому выползала на улицу в ночной сорочке до колен с изображением маленьких цветочков и плащом поверх этого великолепия.
Холодно, промозгло, и туманно. Так бы я описала утро этого дня.
Серость пожирала Ипокриз с каждым днём всё сильнее.
Ник пронесся мимо меня со скоростью пули, и когда я подумала, что теперь-то он точно оставит меня в покое, он остановился и загорланил.
— Издеваешься? — сказала то ли коту, то ли себе. Хочешь, чтобы я следовала за тобой, неразумное животное? Ты с каждой минутой кажешься мне все опаснее...
Монстрами в нашем мире были только бесы, и коты к чудовищам не относились, но таинственное появление Ника заставило меня глубоко задуматься. Коты считаются вымершими животными, но если существует Ник, значит, все библиотечные книги недостоверны…
Плюнув на несуразные мысли, я, чеканя каждый шаг и плотнее кутаясь в плащ, отправилась вслед за котом. Так он хотя бы перестает орать.
Я шла мимо знакомых с детства улиц, грязных и пыльных, на них валялись истлевшие бычки сигарет, банки из-под газировки, которые люди не удосужились донести до мусорного ведра. Через толстый слой асфальта прорывались ростки жизни. Они были истоптаны. Не замечены. Высокие дома, сложенные из досок, местами прогнили и стояли настолько близко друг к другу, что в щель между ними не пролетит ни одна птица. От одной крыши к другой тянулись толстые почерневшие веревки, с которых свисали уличные бумажные фонари. Такое освещение было недорогим, но со своей задачей – освещать, справлялось на ура. Так я думала, пока чуть не полетела вниз, споткнувшись о булыжник, возникший посреди дороги.
Всего шаг отделял меня от того, чтобы начать крыть кота благим матом, но тут мы подошли к лесу.
— Вот оно что... — сказала вслух.
Ник вел меня не в уютный маленький домик, не в темную подворотню, и даже не на мусорную свалку. Он вел меня прямиком в чащу леса.
Туда, куда я по собственной воле не совалась уже много лет.
Туда, где воздух чист, но до сих пор искрит от зарядов Силы.
Туда, где я оставила свою мечту и частичку сердца.
Далеко заходить не хотелось, да и встретить патруль охранников тоже. Пытаясь поймать Ника, который плавно скользил между деревьев, взбираясь на пни и ломая ветки под своими крошечными лапками, пришлось сорваться на бег, но догнать его все равно не вышло. В какой-то момент он скрылся из виду, и мне пришлось остановиться. Физические нагрузки не были частью моей жизни, так что, тяжело дыша, я старалась рассмотреть в темноте белый хвост кота. Хвост, который я оторву, как только он окажется у меня в руках.