За спиной раздался утробный рык. Так не рычат дикие животные, рев бесов лишен животной примеси, и от человеческого он тоже далек. Этот звук никогда не должен был прозвучать в нашем мире, так проповедовал Великий.
Всем свойственно ошибаться. Даже Солнцу.
Я сорвалась с места. Бес преследовал меня, врезался в высокие деревья и валил их наземь под тяжестью своего тела, сминал траву под когтистыми руками. Тяжелое дыхание. Не удавалось разобрать чье оно, мое или настигающего меня чудовища. Бок закололо, воздуха не хватало, а ноги перестали чувствоваться, но я бежала. Не оборачиваясь, потому что если бы обернулась, то не смогла бы оторваться от вросших век.
Глаза стали слезиться от холодного ветра, он словно бил меня по щекам в попытке привести в чувство. Я скинула с плеч плащ, который подхваченный моим союзником прилетел прямо в морду беса. Конечно, эта тряпка его не остановила, но бежать стало легче.
Какое наивное суждение. С каждым шагом я выдыхалась, выбивалась из сил, и почти сдалась, а потом.…Закричала от разрывающей кожу боли. Острые когти впились в ногу. Бес тащил меня к себе, как мясо с вертеля. Слезы брызнули из глаз, браслеты на руках отреагировали моментально и выпустили волну холода. Я кляла их, ведь они ничем не помогали. Боль не ушла, стало лишь хуже.
Первый щупалец вонзился в шею. Я лежала лицом в землю, заливаясь слезами, запах травы и так был не особо ярок, теперь же не ощущался вовсе.
Бес решил, что я обязана видеть его во всей красе, поэтому схватил за плечо и перевернул. Склонился так близко, что я могла рассмотреть паутинку черноты на его лысой голове, видела зашитые глаза.
В этот раз выброс страха поглотили не браслеты, а щупалец впивающийся в шею. Еще один склизкий лиловый отросток врос в мои ребра.
И все…
Я как-то говорила, что серость пожирает Ипокриз. Так и есть, но теперь она поглощает и меня тоже. Зрачки заволокло мутной дымкой, страх отступил так резко, будто тело подкинули вверх и сразу же отпустили. Во всем слишком мало смысла, чтобы придавать этому значение.
Когда все чувства и эмоции уже отступили, откуда не возьмись появился белоснежный кот. Ник с шипением вырвался из зарослей лещины и запрыгнул мне на грудь. Он царапал щупалец тянувшийся к ребрам, пытался прокусить его острыми зубами, но для беса бедный маленький Ник был всего лишь помехой. Размахнувшись уродливой рукой, он ударил кота с такой силой, что Ник отлетел и с болезненным мяуканьем врезался в ближайшее дерево. Упал на траву, раскинув лапы в разные стороны.
Больше он не шевелился.
Над головой проплывали облака. Впервые небо было чистым, а я не смогла насладиться этим зрелищем. Плевать. Какая разница, какого цвета небо? Оно может быть серым, а может голубым, но оно все равно останется небом.
Прямо как с людьми.
Бес шевельнулся и отвлекся от пищи. Что-то почувствовал. И это что-то ему не понравилось. Он не мог понять откуда исходит опасность, вертелся на месте словно волчок, искал следующую цель.
Тут чудовище остановилось и плавно развернулось туда, где лежало мое безвольное тело. Я услышала только предсмертный крик, потому что яркость черного пламени рассекающего воздух, осталась незамеченной. Щупальца сгорели, отпуская меня на волю.
Глубокий вдох и я зашлась в приступе кашля. Только мне могло повезти нарваться на беса второй раз в жизни. Чувства должны были вернуться со временем, это я уже знала. Боль не давала забыть о том, что моя нога все еще в крови. Пришлось стиснуть зубы, чтобы не закричать.
А кричать хотелось.
Рядом кто-то присел, и я не решилась посмотреть кем он был.
— А если бы ты разрешила себя хватать, этого не случилось, — услышала вибрирующий голос Ника.
— Пошел к бесу, — сказала, теряя последние остатки сознания.
Звезда моя
«…нет, но когда-нибудь это случится. Иногда я думаю, что бесы могли бы питаться человеческим горем. Тогда есть вероятность пережить утрату, не вырывая сгнивший клок души. Можно ли допустить существование монстров наравне с людьми? Леди Адонис говорила, что они как паразиты, используют тела, подвернувшиеся под руку. Но ведь если бесы не убивают, значит – это не паразитизм, а симбиоз…