Я думала, Оникс начнет спорить с Тритоном мне назло, но ничего подобного не случилось. Он послушно нажал на цифровую кнопку на передней панели и стекла медленно поднялись, отрезая нас от внешнего мира.
— Твоя речь на ритуале меня впечатлила, — произнес Тритон с печальной улыбкой на губах.
— Вы слышали? — я удивилась. Мне удалось разглядеть Оникса, даже почувствовать оттенки его эмоций, но еще одного Ловчего я не заметила.
— Да, я присутствовал в зале.
Я ждала, думала за этими словами последует что-то еще, быть может, жалость, но Ловчий не проронил ни слова. Грустный взгляд сказал гораздо больше чем слова. Ему жаль что так произошло, но эта жалость относилась не ко мне, а к Криспину.
Он сожалел о его смерти.
— Ты, правда, думаешь, что он вернется? — спросил мужчина с интересом в голосе.
— Да.
Криспин всегда держит слово.
Впереди раздался саркастичный смешок. Ядовитая усмешка расползалась по губам Оникса, я видела ее в отражении бокового зеркала.
— Слепая вера, — несмотря на показушный веселый тон, его глаза оставались холодными и настороженными. Он будто боялся что я в любой момент могу напасть. Или сбежать?
— У меня она хотя бы есть, — резко осадила мужчину. Гораздо приятнее разговаривать с Тритоном. Ради него мне не приходилось выдавливать из себя каждое слово, они сами срывались с губ.
— И что хорошего в слепой вере? — продолжал рассуждать Оникс вслух. — Ожидание? Боюсь, падать потом будет больно, когда ожидания не оправдаются. Так и умрешь не дождавшись.
— Ник… — Тритон нахмурился, явно не одобряя развязное поведение Ловчего.
Но нас с Ониксом было уже не остановить. Слово за словом, мы грызлись, словно яростные собаки, за последнюю обглоданную кость.
— А что хорошего в жизни без веры? Ни во что не верить такая же мука. Не верить в людей рядом с собой и даже в то, что завтрашнему дню суждено наступить.
Оникс рассмеялся.
Его позабавило мое предположение или то, насколько точно я попала в цель?
— Ошибаешься, — я вздрогнула. Он сказал это слово с точно такой же интонацией, что и в хижине. При этом мужчина внимательно следил за моей реакцией и остался доволен увиденным. — Я верю. Верю в полное уничтожение бесов.
— Я говорила о чем-то более человечном, — неопределенно махнула рукой.
— Так я и не человек.
Лорд Тритон, до этого усмехающийся в кулак, все же рассмеялся, весело и задорно. Не так, как Оникс, чей смех был пропитан сухой горечью.
— Ладно, детишки. Заканчивайте выяснять отношения. Приехали.
Мы остановились около небольшого каменного фонтана. Я помнила Двор Ловчих даже слишком хорошо. Невозможно забыть место, где разрушились твои мечты.
Вот она, та самая тропинка. Замершие деревья будто бы неживые, безголосые. Темнеющие окна дома казались несколькими парами глаз, взирающими на незваных гостей недружелюбно. Да и на званных тоже.
Пока мы шли по коридорам Двора Ловчих, я задала мучающий меня вопрос.
— С кем мне придется говорить?
— Со всеми, — охотно ответил Тритон. — Но в основном с Пэг.
Я резко остановилась и Оникс, стремительно шедший позади, врезался в мою спину, сшибая с ног. Не упала на ковер, только благодаря моментальной реакции Ловчего, который перехватил меня за пояс и поставил обратно на ноги.
— Осторожнее, — недовольно поморщился он, убирая руки.
— Ты сам меня сбил.
— Нечего замирать посреди коридора!
— Нечего нестись сломя голову.
Послышался кашель маскирующий смех. Лорд Тритон веселился, уголки его губ подрагивали, сформировываясь в тонкую полуулыбку.
А вот мне смеяться не хотелось. Я испытывала досаду и неприязнь. Хотелось домой, побыть в одиночестве и свыкнуться с мыслью, что иначе уже не будет. Что одиночество станет моим верным спутником, осознать, что кроме отца и Аля (который, скорее всего, являлся плодом моего воображения) у меня больше никого нет. Что Криспин…