Ник обеспокоенно носился по дому, я же старалась не обращать на него внимания. Он все еще жил у меня, хотя до этого я жаждала вышвырнуть его за порог. После того, что случилось с Криспином, жажда поутихла.
Кот остался живым напоминанием о друге, хотелось верить, что душа Криспина не взмыла в небеса, а вселилась в непоседливое животное, чтобы всегда быть рядом, как он и обещал. Но Ник все еще оставался надоедливым истеричным котом, который требовал внимания и казался обиженным, будто понимал, что его намерено игнорируют.
В последние недели я жила на успокаивающих травяных настойках. Глаза лихорадочно блестели, а руки переставали трястись только после порции такого чая. Я не добавляла ничего сверхъестественного, но смесь трав, процеженных через специальную колбу, заваренных в кипятке, творили поистине чудесные вещи.
По этой же причине для меня не стало новостью, что весь запас быстро закончился.
— Тия, детка, ты же знаешь где их искать, — сказал мне отец, когда я поделилась с ним печальной вестью.
Да, знаю. Но...
— Но пап, сейчас конец осени. В прошлый раз я успела собрать последние остатки, которых не коснулся холод.
— Не на все травы действует холод...— сказал он и согнулся в приступе кашля.
Я принесла с кухни лекарство, растворила шипучую таблетку в воде и протянула отцу. Он совсем плох, такое ощущение, что несчастья бегут следом за мной, пока я стираю ноги в кровь, отбиваясь от них.
— Проветрись, милая. Тебе это нужно, — проскрипел он, допивая воду.
Мне нужно вернуться на пару лет назад, когда были живы мама и Криспин, а не собирать травы в лесу, в котором столько всего произошло. Я боялась туда идти, ведь каждый раз он не оставлял меня без очередной жуткой загадки после разгадки которой, обязательно возникала очередная проблема. Они накапливались за моей спиной, и было страшно оборачиваться. Одно движение и эта гора обрушится на меня.
Но, тем не менее, ноги сами меня принесли в коридор, руки накинули утепленный плащ с медвежьим мехом, а как ладонь сжала ручку плетеной корзинки, вовсе выветрилось из памяти.
Я знала, что меня ждет, но продолжала идти не в силах остановиться. Ник спрятался в корзине, не показывая свою хитрую морду наружу. Он, так же как и я, слышал зов. Раньше это звучание путалось с зовом леса, но сегодня все встало на свои места. Не лес звал меня, голоса его теней слышатся иначе. Шуршащие листья под ногами или цветочный звон.
Зов, который я слышала, был похож на песнь. Тягучую, скользящую по городу, как по тонкому льду, она заглядывала в окна и искала. Сама не знала, что ищет, но не прекращала поиски. Вскоре она настигла меня, а потом начала заманивать. Переливами колокольчиков маскировалась под лестной шепот, чтобы все сомнения исчезли.
Но я догадалась и сдалась, как только перед моим взором предстала сухая трава, усеянная шелковыми васильками.
Было ли мне страшно? Безмерно. Жалела ли я? Ни капли. Я устала бороться, пора пустить все на самотек. Будь что будет.
Ник высунул свой розовый нос из корзинки и выпрыгнул, бесшумно приземляясь на цветы.
— А можно было так же в прошлый раз? — с укором спросила я животное.
Он мотнул головой и вильнул распушившимся хвостом. Звал меня. Его ли была та песнь? Узнать можно было, только переступив черту. В прошлый раз моим телом завладел шок, в этот раз усталость и толика любопытства. Смогу ли я найти ответы, или же останусь там навсегда?
Громкое нетерпеливое мяуканье.
— Да иду я, иду, — проворчала и с сомнением уставилась перед собой.
В прошлый раз я так неожиданно оказалась там, что даже толком ничего не запомнила. Ник, устав ждать прыгнул и исчез у меня на глазах. Вот был кот, а уже через секунду его нет.
По спине пробежали мурашки, я сглотнула тугой ком и протянула руку. Пальцы коснулись чего-то холодного и плотного. Чуть осмелев, понимая, что мне их все еще не откусили, протянула руку дальше, до запястья.
И тут, меня схватили с той стороны за ладонь и резко потянули. Падать в неведомое пространство превращается в традицию.
Я снова оказалась в воде, но падение смягчило чье-то тело. Оно явно принадлежало девушке, потому что мое лицо оказалось чуть ниже ее шеи.