Так не бывает.
Если кто-то думает иначе, то он идиот.
Для того, чтобы организовать подобное столпотворение нужно грамотное планирование, организация и мотивация.
А, даже если каким-то чудом кому-то из них самостоятельно придёт в голову мысль о чём-то подобном, неужели кто-то будет стоять десятки часов на пролёт. Голод, жажда, усталость и естественные потребности организма никто не отменял.
В этом и суть. Нельзя, чтобы концентрация людей на своей цели уменьшалась. Их нужно кормить, чтобы голод не увёл их с улиц. Нужно раздавать воду, чтобы жажда не мучила их. Подготовить туалеты, чтобы они могли не думать о том, где справить нужду. Нужно постоянно разогревать толпу, чтобы бы она не забывала о том, ради чего она здесь. Чтобы не уходила с улиц, в желании вернуться в комфорт своих квартир.
А мало какой мотиватор действует так же, как злость.
Протискиваясь через толпу, Кассий улыбался. Как профессионал, получивший возможность взглянуть на работу другого профессионала.
Осторожно засунув руку в приоткрытый карман перекинутой через плечо сумки, он достал один из заранее заготовленных там предметов. Пустую на первый вид пластиковую бутылку из под воды. Такие десятками валялись на асфальте у него под ногами. Проходя мимо очередной очень плотной группы людей, Кассий бросил её в запримеченную кучу мусора и спокойно пошёл дальше.
Уйдя в сторону, чтобы не столкнуться с группой кричащих мужчин, он достал крошечный наушник и вставил его себе в ухо.
— Проверка.
— Слышу тебя чётко и ясно.
— Где твои люди, Диего?
— Уже выступают. Последние грузовики с техникой едут к своим точкам. Будем готовы по графику. Что с дредноутом…
— Альберт и его люди им займутся. Так или иначе, но мы выведем его из уравнения.
— Хотелось бы в это верить, — проворчал голос в наушнике. — Потому что в противном случае мы можем расстилать ковровую дорожку прямо к нашим задницам. Провала нам не простят.
— Не переживай, — успокоил его Кассий, продолжая пробираться через толпу. — Просто сообщи мне, когда твои люди будут готовы начать.
— Сделаем, Кассий. Нужно ещё десять или пятнадцать минут. Не больше.
— Хорошо. Я отключаюсь. Каналы для резервной связи со мной у тебя есть.
Быстро переключившись на другую частоту, он связался с ещё двумя отрядами. Шестеро оперативников Альянса, разделившись на две группы сейчас занимались тем же самым, что и он. Продирались сквозь человеческое море к своим собственным целям.
— Что у вас?
— Почти на месте. Стрелки уже на позициях.
Достав из сумки ещё одну пластиковую бутылку, в этот раз мятую и грязную, он опустил руку и разжав пальцы позволил ей упасть себе под ноги. Не останавливаясь, Кассий направился дальше, проталкиваясь к самому краю толпы.
— Что с зарядами?
— Раскидали уже половину, как и планировалось, — доложил голос из наушника. — Мы почти у цели.
— Я тоже.
— Когда начинаем?
— Примерно через десять минут. Действовать будете по моему сигналу, так что приготовьтесь.
— Понял, десять минут.
Пять минут и ещё три пустые бутылки спустя, Кассий добрался практически до самого края обступившей здание администрации толпы.
Люди стояли в пятидесяти метрах от входа в комплекс, сдерживаемые окружающими его солдатами и бойцами службы безопасности Офелии.
Глядя на них, Кассий признал, что действовали они весьма логично. Выставили оцепление, используя пластиковые барьеры и цепочку голографических проекций, отображающих линию, за которую переступать не следовало, если только такой глупец не хотел нарушить закон. Несколько офицеров СБ в своей тёмной серо-зелёной форме с помощью мегафонов приказывали собравшимся не подходить к комплексу и просили разойтись.
Правда они просили их об этом последние часов шесть с видимым отсутствием результата.
Уже за ними двумя кольцами стояли солдаты и безопасники. И если вторые выглядели более или менее спокойно, привыкшие работать с гражданскими, то вот армейцы явно нервничали, сжимая в руках своё табельное оружие.
Что же. Это беспокойство имело основания.
Быстро осмотрев центральный вход, Кассий поднял взгляд выше.
Административный комплекс представлял из себя три высотные башни, стоявшие треугольником в самом центре площади. Самая низкая из них имела высоту всего в тридцать этажей, а две оставшиеся превосходили её на двадцать и сорок этажей соответственно. Все три здания были связаны между собой переходами и открытыми эстакадами.