Кони опрокидывались вверх копытами, увлекая седоков; звон сабель, выстрелы, крики и проклятия по-тагрски и по-келлангийски слышались отовсюду. Беглецы оказались в самой середине схватки, и неизвестно, чем бы закончилось это приключение, если бы их не окружили плотным строем тагркоссские кавалеристы. Чей-то клинок прошёлся по стволу револьвера, лишив Терри защиты. Вслед за этим с десяток крепких рук схватили их со всех сторон и стащили с коней прежде, чем они смогли что-либо возразить.
— Прекратить сопротивление! Вы в плену! — на ломаном келлангийском приказал кто-то.
— Мы сами бежим из плена! — возразил Отшельник.
— Кто такие? — спросил командир отряда.
— Терри, лейтенант гвардейского драгунского полка Маркона Даурадеса, — поспешно объяснил Терри. — Эти двое — со мной. Помогли бежать. Мне необходимо срочно переговорить с генералом!
— Майор Вьерд, — отрекомендовался тот. — Болтать некогда. Далеко до Коугчара?
— Рукой подать!
— Инта каммарас! Ну да ладно… Упустили с десяток прохвостов — беда небольшая. Я дам вам двоих… нет, троих провожатых. Вернуть им оружие! Ты, ты и ты! Проводите их до Урса! Остальные — за мной!
И весь отряд, за исключением трёх назначенных Вьердом кавалеристов, умчался по дороге на Коугчар.
— Постойте! — крикнул Тинч и, соскочив на песок, передал поводья Попрыгунчика в руки Терри Грэйа. Не переставая разминать затёкшие ноги, на прощанье потрепал конька по запылённой упругой шее.
— Дальше я не поеду. Пускай отец сам, если хочет, ищет меня в Коугчаре.
Терри непонимающе завёл глаза.
Таргрек тяжело вздохнул.
— Отец был бы рад увидеть тебя…
— В самом деле? — насмешливо спросил Тинч, подбрасывая на ладони камешек. — Передайте: я буду ждать его там, где было условлено. Передайте ему это, пожалуйста.
— Трабт ансалгт… — сказал, понурясь, Отшельник. — Быть может, ты и прав.
— Трабт ансалгт! — уверенно подтвердил Тинч. — Да, и ещё. Это отцовский револьвер. Мне он не нужен… Что передать ребятам, Таргрек?
— Надеюсь, мы когда-нибудь увидимся. Вы… не особенно там зарывайтесь, смотрите.
— Возьми хотя бы коня, — посоветовал Терри.
— Коня? — переступил с ноги на ногу Тинч и щелчком отправил камешек в скалы. — Да нет… Куда я с ним денусь… Пешком вернее. Да и не гоже моряку — в седло…
— Это правда, — подтвердил Таргрек, по-доброму усмехаясь в сторону Терри.
3
И вот он опять в одиночестве, под шум прибоя пробирается к родному городу. С ним незримо шагают все друзья — и те, с кем он за эти годы и дни успел повидаться и те, о которых только слышал. Они — команда одного корабля. Перед ним мелькают мускулистые загорелые руки, что вращают рукояти кабестана, и — тяжёлый, в морской траве, зелёный якорь выползает из глубины моря…
Ему вспомнилась старая песня, из тех, что напевают во время работ палубные матросы. Любимая песня Тосса:
Вдали, у горизонта, одна за другой мелькали вспышки, протяжный гул орудий, похожий на гул набатного колокола, глухо долетал до берега. Там рушились объятые пламенем крестовины мачт и падали на палубу горящие, в дыму паруса. Абордажные команды на вельботах, паля картечью из уключных пушек, прорубают топорами борта и, потрясая кортиками, карабкаются в трюмы. Сквозь пробоины в накренившиеся корпуса кораблей хлещет вода…