День перевалил к вечеру, нас снова покормили. На обед был овощной суп на мясном бульоне. Ложки дали деревянные. Я не сразу к такой приспособился, да еще со связанными руками. Ставр же орудовал ловко, ему это было явно не впервой. Также ловко он подпрыгнул к ограждению и помочился в реку. Прыгнуть в воду было нельзя, нас вдобавок привязали. Я провозился дольше. Расстегивать молнию было сложно. Вот что значит модные штаны!
— Куда нас везут?
Артельщик глянул на солнце и сонно ответил:
— На Разбой.
— Это что?
— Место, где можно продать и купить все. Это небольшая ватага, им главное, быстрее сбыть нас и награбленное, и уйти от крупной рыбы подальше.
— Ты так уверенно утверждаешь…
— Стас, или кто ты там на самом деле, неужели ты думаешь, что Старград не договорился бы с главными из ошкуев о нас?
Мне пришлось согласиться.
— И сколько за нас дадут?
— За меня не менее тысячи гривен, — артельщик издевательски усмехнулся. — Ты стоишь дешевле.
— И ты так спокоен?
— Нас возьмут перекупы, а сами сообщат стаградским купцам, что окажутся поблизости. У тех всегда есть обменный кошель. Туда жертвуют все, кто ведет дела на Устюге.
— То есть нас просто перекупят и вернут домой?
Я начал понимать механизм разбоя на реке, но тут же получил неприятную новость.
— Это меня выкупят. Ты же никто.
Вот такой поворот событий я как-то не учел и надолго задумался, затем задремал.
Меня невежливо толкнули.
— Паужнать принесли. Ешь, силы нам нужны.
Я сонно протер глаза и потому не сразу обратил на смысл произнесенной фразы. Но сделал вид, что кушаю. Еда в этом мире разнообразием не отличалась. Жареная рыба, в этот раз более мелкая, но красная. К ней пахучий отвар и две лепешки с сыром. Неподалеку от нас пара матросов на палубе кушала то же самое. Наверняка эту рыбу они ловили в пути или ночью. Мясо, скорее всего, добыли охотой. Я уставился на близкий берег. Мы шли какой-то протокой, гладь реки с полукилометра ширины снизилась до метров двухсот. С левой стороны исчез лес. Холмистый берег, подсвеченный заходящим солнцем, густо порос кустарником. Там то и дело появлялись мелкие притоки. Справа на восточной стороне, скорее всего, виднелся остров. Низкий, песчаный и пустынный. Только птицы, похожие на цапли ходили по нему, да чайки сидели целыми стаями. Но стоящий на баке наблюдатель частенько поворачивался в ту сторону.
— Усинцы иногда шалят.
Подтвердил мою догадку Ставр. Еще одно незнакомое мне племя.
— Кочевники?
— Ты знал?
— Догадался. Слово из таких, что намекает.
Ставр хмыкнул и поставил плошку обратно, сыто рыгнув. Молодой организм требовал много пищи.
— Скоро станем на ночь. Ошкуи не любит плыть во мраке. Время Хельмхельма.
— Это царство ночи?
— Ты знаешь их древний язык? — всерьез удивился артельщик.
— Скорее догадываюсь. Мое понимание языков не знание.
— Вергой тебе в глотку! Так ты ведун? — Ставр широко улыбнулся. — Вот бы Боромир удивился. Ничего, если мы доберемся до Старграда, то еще увидимся.
Я подначил артельщика.
— Ты же сказал, что меня не выкупят?
— Это чтобы ты не задавался. Но раз ты тут, то я за тебя отвечаю. Росского ведь рода или все-таки варяг?
— Вы помогаете сородичам?
— Без этого здесь нельзя. Мы бы все иначе пропали.
У меня было еще много вопросов, но уже смеркалось, и ладья повернулась к берегу. На палубе забегали матросы, самый молодой и ловкий прыгнул за борт и начал привязывать швартовы к толстому стволу незнакомого разлапистого древа, подтягивая корабль к берегу. Ставр мрачно прокомментировал:
— Священная роща. Опасное место. Мы в таких не встаем на ночлег.
Но, видимо, ошкуям было все равно или они не боялись ни черта, ни богов. Нам позволили у кустов оправиться под приглядом вооруженных матросов, затем снова связали и оставили на ночь в узкой каморке, пахнущей мазутом. Так прошли вторые сутки моего пребывания в новом мире. И он не обещал мне спокойствия, но не стал от этого менее привлекательным. Трудностями меня было не испугать. Я закаленный малый. И вторая жизнь всегда лучше дожития.
Глава 4
Схватка
Человек, такая собака, что ко всему привыкает. Вот и следующее утро в качестве пленного раба протекло почти незаметно. Тело за ночь затекло, потому я сразу сделал массаж и разминку. За ней с интересом наблюдал Ставр.
— Чудно!
— В мире есть много такого, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам.