Он перевел взгляд на меня. Я с неохотой кивнул в ответ. Мы и так много нашли. Думаю, такие учебные пособия заставят биться чаще сердце у любого инженера или ученого Беловодья. Даже не знаю, сколько это все стоит.
Ребята сделали уже две ходки, когда я услышал подозрительный шум. Вот что значит новые рефлексы. Флажок предохранителя уже опущен, ствол повернут. И потому, когда между стеллажей появилось гибкое туловище, я уже был готов. «Скорострел» плюнул вперед сталью, зверь умер мгновенно, но послышался топот других. Покончили с ними быстро. Белояр осмотрел зверьков. Мы с такими же столкнулись в низине перед валом.
— Вот кто сожрал ночью убитых птиц. Те хозяйничают наверху, а эти хорьки внизу. И в джунглях они по земле бегали.
Только вот хорьки были размером с собаку.
— Зверь потянулся в город.
— Мы их привлекаем. Быстро уносим последние свитки и уходим.
Я схватил складной ящик, полный книг, и рванул к выходу. И в самом деле, мы уже испытываем терпение у судьбы. Загруженный трактор сыто рыкнул и дернулся. Мы шли за ним, контролируя обе стороны улицы. Темные запыленные окна зданий сумрачно провожали нас. Как будто за ними стояли ушедшие давным-давно жители. Простите нас, но ваше золото и книги нужны живым. Пирамида нависала над нами своей грандиозностью. Как ни странно, но мне сейчас больше всего хотелось изучить ее изнутри. Я повернулся к Пабло, тот понимающе улыбнулся. Его желание было схожим. В рейдеры не идут люди, которых интересует только золото. Но он ответственен за своих людей. Одного мы вчера уже потеряли. У нас по сути пусть и отлично вооруженный, но маленький отряд. А тут нужны большие набойные лодьи, струги и в несколько раз больше людей. Чтобы было кому работать и кому охранять.
Но кто его знает, может мне еще удастся побывать здесь.
Глава 18
Превратности речного путешествия
Мы отошли от временной пристани утром после завтрака. Вчера безо всяких происшествий дошли проторенной дорогой до крейсера и погрузили все найденное в мертвом городе в трюмы. Под светом прожекторов и под охраной работалось споро. Здорово подгонял темнеющий неподалёку лес. Несмотря на принятые жесткие меры, в полной безопасности уже никто не был уверен. Работали по сменам, отдыхали на лодье прямо на палубе. Люди чутко прислушивались к лесному шуму, то и дело хватались за оружие на любой резкий вскрик или шевеление ветвей. Иногда раздавались выстрелы, будившие отдыхающую смену. Так что все толком не выспались.
Милорада весь вечер и утро ухаживала за мной. Ее близость взволновала меня, но нам было покамест не до утех. И девушка мудро понимала это. Работы на лодье и ей хватало. Все мужчины были заняты погрузкой трофеев, техники и сворачиванием лагеря. Так что все хозяйственные нужны свалились на нее и Варену. Я то и дело задумчиво поглядывал в сторону девушки. Наверное, прав Белояр, в этом мире лучше жены не найти. Но сначала мне нужно доплыть до Вортюги.
Довольно интересное впечатление произвели не девушку мои подарки. Если скульптура привела ее вначале в полный восторг, то затем на лицо волной набежала тихая грусть.
— Ты чего?
— У нас любили вырезать маленькие фигуры. Находили в реке принесенные издалека бревна и сушили. Такое дерево очень ценилось. Мне нравилось расписывать их красками.
Вот так человек открывается тебе с новой стороны. Я поклялся себе найти в этом мире краски и сделать так, чтобы Мила продолжила заниматься своим любимым делом. Мне кажется, что у нее должен быть талант. Она и в нашей простой каюте незамысловатыми вмешательствами привнесла уют. Но пожаренные мной украшения внесли в ее настроение полное смятение. Она переводила взгляд с Лунницы, затем на меня и снова обратно. Но ничего не сказала. Я же ощутил некое внутреннее напряжение, но обмусолить или расспросить кого-то было некогда. События и дальше неслись вскачь. Как я попал в Беловодье, так и не имею времени хоть на какой-то перерыв.
Тихомира похоронили после ужина. Его земляки из команды крейсера провели короткую службу. Я не очень понял ее смысл, но было нем нечто из язычества. В Беловодье в целом царила религиозная терпимость. Ни разу покамест не встречал какие-либо трения на этой почве. В целом такой подход мне понятен. Здесь столько миров и верований, что никаких Крестовых походов не хватит для создания преимущества одной из них. Так что они правильно сделали, что объявили всеобщую толерантность.
Могила была вырыта у самого берега. Сюда вряд ли пожалуют звери. Заграждения рейдеры не убрали, оставив будущим поисковикам готовую пристань и дорогу. Считай, полдела для будущих изыскателей сделали. Штвартуйся, ремонтируй дорогу и вперед в город! Матросы совершили позавчера вылазку на берег у Башни. Лес там был непроходимым и полон зверей. Так что прорубать в той стороне трассу для вывоза ништяков намного сложней. Скорее всего, будущие поисковики будут пользоваться нашей.