Федор сухо ответил:
— Поговорим со старшиной в Иржене. Если хотят нашей помочи, пусть сами решают.
Честно говоря, из этого разговора я мало что понял. Но точно было одно: меня считают за равного. Стремительная карьера для попаданца.
К вечеру мы увидели огни большого города. Больше всего переживали, выдержит ли такого напряжения наша машина. Механики помалкивали. Я уже знал, что люди они суеверные и верят в приметы. От кузнецов, что ли, передалось?
— Дозор!
Нам наперерез вышел вооруженный насад. Кормчий с рубки отсемафорил ему специальным фонарем. Нам тут же ответили, и дозорная лодья пошла рядом. Речная стража высыпала наружу, с любопытством за нами наблюдая. Такого мощного рейдера они еще не видали. А следы недавнего боя наводили на мрачные размышления. Через час, уже в темноте мы пришвартовались на отдельном пирсе. На нем стояли дежурные насады и небольшие учаны. Руководство тут же спустилось на берег, нам было приказано отдыхать. Под прикрытием мощных орудий Детинца и стражи все, наконец, ощутили себя в безопасности.
На вахту мне было не нужно, раненых унесли на берег, поэтому мы с Милой оказались в распоряжении друг друга до утра. Чем сполна воспользовались. В результате чего на завтрак я проспал. Наскоро умывшись и накинув «форменку», поспешил на камбуз. Варена, ни слова не говоря, принесла мне миску с кашей и тарелку с нарезанной ветчиной. Свежий взвар уже стоял на столе в чайнике.
— Где Мила?
Хозяйка уселась напротив и так на меня глянула, что каша с маслом в рот не полезла.
— Ты чего девку изводишь, вергой?
— Ась?
Весело началось утро!
— Вчерась! Лунницу подарил, спишь вместе. Небаско так себя вести добру молодцу.
Ясно, пошла обработка! Сделал вид, что занят едой, пока не получил деревянной ложкой по лбу.
— Больно же!
— Я тебя сейчас поварской ложкой отхожу! Выискался тут умник. Девку испотачил, так отвечай!
— Да я…
— У нас так не принято, перунец.
Рядом с Варихой уселся Мирояр. Обложили со всех сторон! Я резко отодвинул от себя посуду.
— Вы чего ко мне прицепились? Как будто я без понятия. Два раза был женат! Ужо не разумею!
— Как? — женщина разинула рот.
— В том мире. Тут не считается. Мила об этом знает. И от нее не отказываюсь. Но мы же все время в пути! Когда нам сватьбу устраивать? Наверное, нужен кто-то из правителей, чтобы законно оформить. Иначе ведь не считается?
Хозяева камбуза переглянулись. Их лица разом разгладились.
— Вот оно что.
— Чего же Мила молчала?
— Так, она все знает. Мы решили в Портюге повенчаться. У матушки.
— О как!
Мирояр хоть и был из вихорцев, что славились племенем волхвов и чаровников, но в другим верам относился уважительно. Он много прошлой жизни путешествовал и видел разное.
— Тогда надо выпить кафу и хорошенько подумать. Варишка, у тебя пирог на ягодах готов?
Та неожиданно покладисто согласилась, подвинула ко мне тарелки и ушла.
Мы сидели втроем, пили вкусный кофе с не менее вкусным пирогом и думу думали.
— Вот оно как! Ладно ты, с чужой стороны обычаев наших не знаешь. Но эта-то дуреха! — Вариха не могла успокоиться.
— Остынь, женка! Когда им было думать? Убегли от одних ворогов, потом с нами в рейде и снова лихо. Часу не было.
— Зато сейчас настал. Но как же обряд проводить? — хозяйка бросила на меня испытывающий взгляд. — Сказывают, ты веришь в Единого?
— Так окрестили.
Хозяева переглянулись:
— Тогда точно вам в обитель.
Мирояр улыбнулся:
— Но допрежь мы здесь по нашему Устюжскому обычаю веселье сыграем. Покон позволяет.
Я удивился:
— Зачем?
— Чтобы никто на Милораду из чужих не покусился. По покону она будет мужней женой.
— Какой ты у меня умный, Яра! — довольно хохотнула Варена. — Кормчий на лодье и есть старшина!
Я разинул рот, понимая, что никуда уже не денусь.
— Только веселиться будем у заводчан. Там чиниться станем.
Вот так я узнал свое ближайшее будущее.
Глава 20
Порты Великой
В Иржени мы не задержались. Видимо, руководство сумело порешать с местной старшиной дела и получили советы. С рассветом из порта на север на всех парах ушли два вооруженных крупнокалиберными пулеметами насада. Выглядели они изрядно потрепанными жизнью, но других не было в порту. Основной костяк ушел по высокой воде вниз с караванами. Как я понял, именно в это время можно пройти по главному руслу без риска сесть на мель. В боковых часто шалили тати. На широкой протоке безопасность была выше.