- Вако! Вако! – закричал кто-то.
Потом поняла, что означает это слово, но сейчас я вся была сосредоточена на том, чтобы скорее разрезали верёвки. И опять моему спасителю помешали, его оттащили от моего тела, он даже выронил свой нож мне на живот. Я заерзала и буквально застонала от разочарования, головной убор чуть съехал на бок. Теперь я могла, хоть одним глазом, но следить за происходящим на корабле. Его товарищ показывал на море и они, не сговариваясь, побежали к стойке, на которой было оружие. Теперь мне грозило воочию увидеть морской бой, часть палубы скрыта коваными пластинами, словно черепаший панцирь, из маленьких узких окошек по правому и левому борту торчали небольшие пушки. Не стоит удивляться такому прогрессу, ведь сам порох изобрели ещё в седьмом веке. Пушки совершенно привычное оружие 15 века.
На корабле было достаточно много народу, вели они себя более организованно. Слушали и чётко выполняли команды капитана корабля. Он стоял посередине палубы, уперев руки в бока, и следил за войнами, насупив брови. Весь его внешний вид говорил о том, что он тут главный. Каждый воин встал на своё место, и не метался по кораблю, не зная за что хвататься.
Значит, я не ошиблась в своих предположениях. Это был военный корейский корабль и сейчас мы готовились к нападению. Вернее они готовились, а я опять лежала, как бесхозный инвентарь.
Вако – так называли японских пиратов, которые бесчинствовали в то время у берегов Китая и Кореи. Именно с одного из таких пиратских кораблей меня и спасли.
Сеть уже не так плотно прилегала к телу, я смогла пошевелить левой рукой и передвинуть её на живот. Онемевшими пальцами я пыталась ухватить рукоятку ножа, но получалось плохо, с третьей попытки нож упал на палубу. Не сдержавшись, выругалась себе под нос и с опаской посмотрела по сторонам, окружающим было не до меня и я перевернулась на живот, накрыв собой оружие и опять этот проклятый шлем закрыл мне половину лица. В этот момент я почувствовала, что кто-то дёрнул меня за шиворот и стал медленно поднимать.
И вот я уже почти стою. Почему почти?
Да потому, что ног я уже не чувствовала, они без движения так сильно онемели и толком стоять на них не могла.
- Ты откуда взялся? – голос был строгим, но не злым.
Я узнала голос капитана, это он буквально минуту назад отдавал приказы матросам
- Как тебя зовут солдат? – продолжал настойчиво спрашивать мужчина.
Что ответить я не знала, не дождавшись от меня ни какой реакции, говоривший сильно встряхнул меня, это отозвалось болью во всём онемевшем теле. Ноги свело судорогой, они подогнулись, и я опять чуть не рухнула на пол, если бы меня не удержал за ворот капитан.
Я прикусила губу, и из груди вырвался стон. Рука капитана, державшая меня, дернулась, вероятнее всего, он не ожидал услышать от пленного именно такие звуки. Затем с головы был резко сдёрнут шлем и толстая коса русых волос, которую я прятала под ним упала на грудь. Наверное, мой вид произвёл на него сильное впечатление потому, что с его губ слетело что-то совершенно невнятное и не понятное.
Господи, как же мне хотелось, чтобы всё происходящее оказалось сном. Хочу проснуться!
Под взглядом капитана, мне захотелось съёжиться до размера попрыгунчика и ускакать в неизвестном направлении.
С малых лет мне твердили, что я взяла от родителей самое лучшее. В детстве я так не считала, за глаза дети прозвали меня альбиносом за тонкую белую кожу и невыразительные черты лица. Русые почти белые волосы, брови и даже ресницы, лицо бледное, вот только глаза зелёного цвета, они достались от мамы. Это единственное, что мне нравилось. Острый подбородок, маленький рот и курносый нос. Ростом я выросла выше среднего, сто семьдесят сантиметров, плечи узкие, но фигура достаточно спортивная и подтянутая. Время шло и став подростком, я всё ещё не была довольна своей внешностью.
Вот и сейчас меня разглядывали, словно я пришелец с другой планеты. Но продолжалось это не так долго, его прервали. Нас атаковал корабль, и буквально в нескольких сантиметрах от моего лица пролетела стрела, для меня в этот момент время словно замедлилось. Я проследила взглядом за опасной штуковиной, которая вонзилась в палубу корабля в трёх метрах от нас. Мужчина среагировал быстро, он прижал меня словно малого ребёнка к своей груди и спрятался за стальное ограждение. Капитан поднял нож, валявшийся неподалёку, и быстро стал разрезать сеть, в том месте, где были мои руки. Освободив их, он вложил его в мою ладонь и произнёс: «Сиди здесь».
- Угу, - сказала я и ещё для пущей ясности мотнула головой, - спасибо, - произнесла я на корейском.