— Теперь пошли, — скомандовал Ахерн.
В этот момент голос с сильным итальянским акцентом обратился к ним:
— Вы, двое, что вы тут делаете?
Обернувшись, они увидели приближавшегося к ним по коридору седовласого мужчину в черном пиджаке и брюках в полоску.
— Кто вас прислал?
Ахерн, который сразу же оценил положение, ответил:
— Синьор Орсини. Мы должны были работать сегодня в буфете французского посольства, но в последнюю минуту он распорядился, чтобы мы ехали сюда. Он подумал, что вам может не хватить персонала.
— И он прав. — Метрдотель повернулся к Норе. — Вы займетесь бутербродами. А вы — вином, — добавил он, обращаясь к Ахерну. — Это наверху и налево. И пошевеливайтесь.
Он повернулся и поспешил прочь.
Когда Фергюсон, Диллон и Анна в «деймлере» подъехали к катеру, премьер-министр и президент уже были на борту, а команда готовилась убрать трап. Втроем, с Фергюсоном впереди, подъехавшие бросились вверх по трапу, а два охранника поспешили им наперерез.
— Бригадир Фергюсон. Полковник Кэнди здесь?
Рослый седой мужчина в черном пиджаке и полосатом галстуке спешил к ним по палубе.
— Все в порядке! Что-нибудь случилось, бригадир?
— Это мои помощники — Диллон и старший инспектор Бернстейн.
Трап за его спиной был убран, команда отдала швартовы, и «Джерси Лили» отплыла.
— Боюсь, что может случиться. Вы помните взрыв сегодня утром? Сейчас мы уверены, что это был отвлекающий маневр. У вас есть фото этого Ахерна. Пожалуйста, предупредите всех ваших людей. Вполне может оказаться, что он сейчас на катере.
— Хорошо. — Кэнди не стал спорить и обратился к двум охранникам: — Джек, вы берете на себя корму, а вы, Джордж, переднюю половину. Я буду рядом с президентом. Предупредите всех.
Охранники повернулись и поспешили выполнить приказ. Фергюсон сказал:
— Ну хорошо, а мы займемся нашей обычной работой, да?
В вечернем воздухе слышалась музыка: на носу играл джазовый квартет. Кругом толпились люди, главным образом политики и сотрудники лондонских посольств. Президент, премьер-министр и израильский премьер были среди них. Официанты и официантки предлагали всем присутствующим вино и бутерброды.
— Какое столпотворение! — проговорил Фергюсон.
Появился, спеша по трапу, Кэнди.
— Минут через десять «Большая тройка» скажет несколько слов. После этого мы проплывем мимо здания парламента и высадимся на Вестминстерской набережной.
— Отлично. — Фергюсон повернулся к Диллону, когда американец потрусил прочь. — Все эти опасения — пустое дело.
— Возможно, что его и нет здесь, — сказала Анна, — может быть, вы ошибаетесь, Диллон.
Но тот словно не слышал ее.
— У него должен быть путь отступления. — Диллон повернулся к Фергюсону: — На корму! Поищем на корме!
Он быстро направился в заднюю часть судна, расталкивая людей на своем пути. Диллон перегнулся через кормовое ограждение и тотчас же обернулся.
— Он здесь.
— Откуда ты знаешь? — спросил Фергюсон.
Диллон снова перегнулся за борт и потянул за канат. Показалась надувная лодка с подвесным мотором.
— Вот его путь отступления, — показал он, — вернее, это был его путь отступления.
Он протянул руку и отцепил звено, удерживавшее канат. Лодка исчезла в темноте.
— А что теперь? — спросила Анна.
В этот момент раздался голос из громкоговорителя:
— Дамы и господа! Сейчас перед вами будет выступать премьер-министр.
— Он не самоубийца, — рассуждал Диллон, — поэтому не станет продвигаться к президенту через толпу. — Он посмотрел вверх на рулевую рубку, возвышавшуюся над тремя уровнями палубы: — Вот это где! Наверняка оттуда!
Он бросился наверх по лестнице. Анна следовала за ним по пятам, а Фергюсон спешил изо всех сил позади. На первой палубе Диллон огляделся, но там никого не было, и он поторопился на следующую. Когда он поднялся на нее, премьер-министр произнес в микрофон:
— Я горжусь честью представить вам президента Соединенных Штатов.
В этот самый момент, когда Диллон поднялся на эту палубу, он увидел, что в ее дальнем конце Майкл Ахерн открывает дверь салона и входит в него, а за ним следует Нора Белл с подносом, накрытым белой салфеткой.