— Это я, — сказал он. — Мы сегодня поужинаем вместе?
— Ты все время забываешь, что на мне бизнес, — ответила она.
— Мы могли бы поесть позже.
— Хорошо, посмотрим, а пока иди и делай свои упражнения.
Он прикрыл дверь и вернулся в спальню. Там было прохладно и тихо, только издали доносились уличные звуки. Он почти физически ощутил тишину и стоял, полностью расслабившись, вспоминая древний стих, которому его научил Юань Тао.
Все животные, кроме человека, сохранили способность полностью расслабляться. Это самый важный из даров природы. Если эту способность развить в себе при помощи строгой дисциплины и системы тренировок, которой, по крайней мере, тысяча лет, то она может дать сверхчеловеческую силу. В ней источник внутренней энергии «чи», жизненная сила, которая даёт человеку гибкость ребенка и мощь тигра.
Он сел на пол, скрестив ноги, полностью расслабился и начал вдыхать носом и выдыхать ртом. Он закрыл глаза и положил на левое ухо правую руку. Через пять минут, дыша глубоко и ровно, он сменил позу: накрыл левой ладонью правое ухо. Потом — оба уха скрещенными руками.
Мрак объял его, и, когда он наконец открыл глаза, во рту у него был холодок. Он сделал глубокий, вызывающий дрожь вдох и встал. Его конечности, казалось, налились силой. Интересно, что сказал бы на это Беллами, но результаты были налицо. Его руки больше не тряслись, взгляд стал ясным, а физическая сила неожиданно велика.
В этот момент вошла Су Инь в кремовых слаксах и ярко-оранжевой испанской рубашке. Она расчесывала волосы.
— У тебя такой вид, словно ты доволен собой.
— А почему бы мне не быть довольным? Я провел послеобеденное время в постели с поразительно красивой женщиной, и все же я чувствую себя Самсоном.
Она рассмеялась.
— Ты безнадежен, Шон. Вызови мне такси.
Он набрал привычный номер, потом повернулся к ней.
— А как насчет сегодняшнего вечера? Мы можем поужинать в «Ритце» и заглянуть в кабаре.
— Это невозможно. — Она поднесла руку к своему лицу. — Я знаю, как хорошо тебе было в последнее время, но в этой жизни нельзя иметь все. — Она помолчала. — Ты скучаешь по Юань Тао, да?
— Очень, и это странно, ведь он уехал всего пять дней назад.
— А по мне ты так же скучал бы?
— Конечно. Но почему ты спрашиваешь?
— Я возвращаюсь домой, Шон. Моя сестра с мужем открывают в Гонконге новый ночной клуб. Дядя звонил мне вчера, им нужна моя помощь.
— А как же «Красный дракон»?
— Они вполне успешно справятся под началом старшего официанта, которого я сделала управляющим.
— А я, — спросил он, — как со мной?
— Ты хочешь сказать, что любишь меня?
Шон помялся с ответом, и этого оказалось достаточно.
— Нет, Шон, какое-то время нам было хорошо вместе. Так хорошо, как только может быть двоим в этой жизни, но все проходит, и теперь мне надо возвращаться домой.
— И как скоро?
— В этот уик-энд, наверное. — В дверь позвонили, и она схватила свой портфель. — Это такси. Я должна бежать, у меня полно дел.
Он проводил ее до двери. Такси ждало с работающим мотором. На пороге она остановилась.
— Это не конец, Шон. Ты будешь звонить мне?
Он быстро расцеловал ее в обе щеки.
— Конечно.
Но он не будет звонить ей, он это знал, и это знала она; он мог судить об этом по тому, как она задержалась перед тем, как сесть в машину: она посмотрела на него так, словно это было в последний раз. Дверца хлопнула, и она уехала.
Он пробыл под душем уже добрых пятнадцать минут, размышляя, когда в переднюю дверь позвонили. Неужели она вернулась? Он надел халат и вышел из ванной, вытирая голову полотенцем. За дверью оказался мужчина в коричневом комбинезоне с записной книжкой в руке. За ним был припаркован микроавтобус «Бритиш телеком».
— Простите за беспокойство, сэр, но сегодня утром поступило уже четыре жалобы на отказ телефона с этого участка. Могу я проверить вашу распределительную коробку?