- Рен, нам надо вернуться, - решительно произнесла я, уверенная в своей правоте.
- Зачем? - нахмурился дракон.
- Мы не можем так просто оставить Эла, надо с ним поговорить. Вдруг ведьма наврала и он уже хорошо себя чувствует?
- Предлагаешь прорываться в дом ведьмы с боем? Она нам ворота не откроет, а магическая защита у нее стоит неплохая. И где гарантия, что пока мы будем ее взламывать, старуха не убьет Эла? Но это лишь предположения, а я больше склонен верить Ральфу. Он поручился за эту ведьму и, что немало важно, она спасла наемника от смерти. К тому же, ты не знаешь, какие могут быть последствия отравления. Вдруг Эл дней пять проведет без сознания? - сказал дракон. Я согласилась бы со словами Ренальда, если бы не улавливала его эмоции. А уж ревность я легко научилась распознавать.
- Просто скажи, что не хочешь возвращаться! И не надо выдумывать причины, - не сдержалась я, чувствуя, как вместе с раздражением разгорается пламя в груди.
- А может, это ты выдумываешь причины?! Не слишком ли ты переживаешь о бывшем муже, который и не муж вовсе? - Рен пытался сохранить спокойствие, но ему это не удавалось, его мучила обида и ревность. Наверное, надо было с пониманием отнестись к дракону, но меня сильно задело его недоверие. Подсознательно я приготовилась к тому, что он еще и об Хадриане напомнит. Хотелось сказать, что у него нет никаких прав что-то мне предъявлять, но разум тут подсказал, что по законам этого мира я принадлежу Рену. Сама же стала его любовницей, а сейчас обижаюсь на него, будто он должен мне верить и понимать. А он мне ничего не должен. Похоже, вот так и проходит влюбленность. Только почему мне так больно? Я же не рассчитывала, что наши отношения продляться долго. А может, потому что они начали рушится до обидного рано?
Я молчала, отгородившись мысленно от дракона, выстроив баррикаду в своем сердце, если уж физически не могла уйти от Рена. Все-таки ехать на одном животном бывает очень неудобно.
Дракон до привала тоже не проронил не слова. Хотя я и отгородилась от его эмоций, но спиной чувствовала его напряжение, он будто закаменел. А его ладонь, что придерживала меня за талию побелела, на ней стали проглядывать вены и натянутые сухожилия. “Похоже, кто-то борется с собой, чтобы не скинуть меня с седла”, - промелькнула тоскливая мысль, глаза защипало, тянуло позорно разрыдаться, но мне претила показывать свою слабость. Решение пришло спонтанно, перекинула ногу и вознамерилась спрыгнуть с вирга, но рука Ренальда крепко сжалась вокруг моей талии.
- Таня, ты куда? - глухо спросил мужчина.
- Мне надо, - не глядя на него ответила я. - И не дави на живот…
Меня тут же отпустили, еще одно доказательство, что Рену я не так уж и нужна. Ведь если бы любил по-настоящему, обязательно спросил бы не плохо ли мне. А еще врал, что чувствует мои эмоции. Если бы это было так, то он бы знал, как мне сейчас погано. В кусты я ломилась, как лось, не разбирая дороги и не замечая местную ядовитую живность. Да что там, мне даже захотелось, чтобы меня кто-нибудь укусил.
Села под каким-то деревом, уткнулась лицом в колени и заплакала. Слезы тихо стекали по щекам, капали на штаны и куртку. Я не сторонник показательных истерик или громких душераздирающих рыданий. Я вообще редко плачу, но тут сама душа требовала дать выход эмоциям. В памяти возникали картины всего того, что мне довелось пережить за неполных два месяца. Чем я провинилась перед богами или мирозданием? Почему это все выпало мне, а не другой более подготовленной девушке? Ведь наверняка в нашем мире нашлось бы много желающих оказаться на моем месте. А я наоборот никогда не мечтала о чужих мирах, о приключениях и неземной любви. Да мне даже не нужна вечная жизнь и магия, потому что я не знаю, что с ними делать. Я устала быть сильной, а быть слабой не умею.
Слезы все текли, а вместе с ними уходило напряжение последних недель. Я понимала, что нельзя раскисать, но иногда нужно поплакать, чтобы стало малость легче. Не знаю, правильно ли я сделала, сбежав от Рена, но лучше так, чем если бы я сорвалась и наговорила ему гадостей. Вздохнула, надо возвращаться. Вдруг Ренальд все-таки переживает? Сердце кольнуло болью, ведь я надеялась, что он догонит, обнимет, скажет, что любит. Всхлипнула, вытерла слезы и подняла голову, решив, что глупо оплакивать то, что возможно и не было.
Напротив меня в двух метрах сидел Рен. Его поза почти в точности повторяла мою. Он смотрел на меня, в его взгляде была растерянность и боль. Как долго он так сидит? Почему ничем не выдал свое присутствие? Сердце сделало кульбит и забилось с удвоенной силой, эмоции смешались, здесь была и радость, и стыд, и чувство вины. Получается, я незаслуженно обидела Рена, плохо о нем думала.
- Я, наверное, плохой дракон, - заговорил мой мужчина. - Я дважды не смог защитить свою единственную. Из-за меня любимая женщина подверглась тому, что не прощается и не забывается. Но она все же дала мне шанс. А я не знаю, как сделать ее счастливой. Что я делаю не так, Танюша?!
Видимо, слова Рена прорвали тщательно возведенную мною стену и я ощутила весь спектр его эмоций. Дракону было так же плохо, как и мне, его боль и чувство вины не уступали моей, а даже превосходили.
- Рен, я не виню тебя за то, что произошло, - мне хотелось его обнять, но что-то удерживало. - Это было стечение обстоятельств.
- Я себя виню! - резко, с затаенной мукой, произнес дракон.
- Зачем? Изменить все равно ничего нельзя, - ожившее было сердце вновь затосковало, слезы навернулись на глазах, но я их сморгнула и продолжила: - Рен, если ты понял, что для тебя все это имеет большое значение. Если тебе неприятна мысль, что я… э, что у меня был до тебя другой мужчина, то скажи это сейчас, пока у нас все не зашло слишком далеко. Лучше расстаться, чем мучить друг друга недоверием и обидами.
Дракон был другого мнения, после моих слов тоска и обида исчезли из его глаз, зато появилось упрямство. Он одним движением пересел ко мне, обхватил руками, сжал.
- Нет, - выдохнул он мне в волосы. - Я никому тебя не отдам! Не могу, не хочу. Потом что ты моя, Танюша. Я с ума схожу от ревности, но не к прошлому, а к настоящему. Я боюсь увидеть в твоих глазах любовь к другому мужчине. А вампира я все равно убью.
Я бы многое могла возразить на такое заявление. В первую очередь то, что он даже не спросил, чего хочу я. Во вторую, что на Эла или того же Дина я смотрю с дружеским участием и не более. Тем обиднее претензии Рена. Ну и в последнюю очередь, о чем точно не стала бы говорить дракону, что смерти Хадриану я не желаю. Наверное, порядочная влюбленная девушка должна была хотя бы мысленно перечеркнуть прошлое и жаждать избавиться от своего мучителя, но вампир вызывал у меня неоднозначные эмоции. Да, большую часть времени, что мы с ним провели вместе, мне хотелось его убить. Но все равно остается один неоспоримый факт - он раскрыл для меня чувственную сторону отношений. Показал, что натура у меня страстная, чем немало удивил. Но это не та правда, которую мечтает услышать влюбленный мужчина, а тем более такой ревнивый, как Рен. Поэтому, если первые два пункта я ему обязательно скажу, то про Хадриана упоминать не буду. Глядишь, мой ревнивец о вампире забудет.
- Рен, мне не нужен другой мужчина, - положила голову на плечо дракону. - Неужели за эти дни у тебя был повод во мне усомниться? Я с кем-то заигрывала или испытывала влечение? Ты же ощущаешь мои эмоции, так что знаешь точно. И еще, ты же понимаешь, что даже в этом диком лесу мы с тобой не одни? Прикажешь, мне разговаривать только с Кмелой?