Себя же недавний пленник чувствовал уже не так бодро, как несколько минут назад. Его сознание начинало затормаживаться, а руки-ноги наливались свинцовой тяжестью.
— Правее берите, тормоза проклятые! Они через распадок топают! Правее! — Мартинес ругался, плевался, сетовал на ленивых полицейских, коих смущали грязь и непогода.
Ну, еще бы! Их выдернули под вечер с теплых квартир, оторвали от жен, подружек, любовниц или просто дешевых шлюх, подняли по тревоге и заставили месить чистенькой обувкой раскисшее бездорожье. Тут любой начнет ежиться, ворчать и проклинать начальство, которое сидит в тепле и только приказы отдает, а само в поле ни хрена лезть не хочет.
— Да-да, именно через этот распадок! Я знаю, не пролезть, но они именно там идут! Правее берите!
Сам Мартинес протопал приличное расстояние и основательно вымотался. Он уже не находил в себе сил следовать за русскими спецназовцами, просто видел, что они с необыкновенной ловкостью уходят от облавы, и только диву давался, откуда у них столько сил.
Даже программиста взять. Когда люди Мартинеса гнали его через границу, то он едва ноги переставлял, а теперь шпарит так, будто у него не второе, а пятое дыхание открылось, и это несмотря на то, что просидел в узенькой клетке две недели.
Вот уж воистину непонятны эти русские. Не зря о них столько чудес в книгах пишут.
Он не стал выходить навстречу полицейским. Еще неизвестно, как они на это отреагируют. Мартинес корректировал преследование издалека, угадывал, улавливал по звукам истинное положение дел. Сам туда не лез, опасался столкнуться со спецназовцами. Перемещался короткими перебежками, вслушивался, иногда видел своих врагов на расстоянии нескольких сотен метров.
— Разворачивайтесь, они вас проскочили слева! К горам уходят! Не спите, мать вашу!
Полицейское начальство слушалось его, явно думало, что делом руководит один из своих. В рации звучали голоса. Кто-то разворачивал цепь в обратном направлении, орал на кого-то дурным голосом, кому-то обещал понижение в звании.
В любой другой ситуации Мартинес был бы горд тем обстоятельством, что управлял действиями такой прорвы копов. Но в данный момент он об этом не задумывался, просто-напросто жаждал изловить убийц всей своей банды и уже потом добраться до них в тюрьме.
— Правее берите, уроды! Они могут ускользнуть в горы. Там их и дивизия не найдет!
— А кто вы? Какое у вас звание, сеньор? — Собеседник Мартинеса начал проявлять недовольство.
Оскорбления явно не понравились ему.
— Назовитесь!
Мартинес отнял трубку от уха, с ненавистью глянул на нее, потом хитро усмехнулся и заявил:
— Если ты, чмо поганое, станешь еще задавать вопросы, вместо того чтобы действовать по моим указаниям, то уже с утра отправишься служить рядовым в тюремной охране! На это моих полномочий вполне хватит! Понял меня?!
Голос в трубке проблеял что-то извинительное и больше не заикался насчет звания.
Мартинес закурил, переместился на сотню метров и вновь начал корректировать преследование.
Нас не догонишь
— Какого хрена? Чего они за нами бегают-то? — Батяня остановился в начале подъема, между двух громадных камней, и прикрывал продвижение группы. — Наверняка какая-то падла наводит, в любом другом случае мы уже давненько от них избавились бы.
— Хрен ее знает! — Свешников остановился рядом, помог Андроновой забраться на высокий каменный порог. — Вроде ничего электронного не несем, однако же как-то находят. Может, среди них шаман имеется?
— Я этого шамана обязательно достану! — заявил Кузнецов, который прихрамывал все сильнее.
Царапина у него на ноге никак не желала заживать.
Полчаса назад десантники собирались было расположиться на привал, но услышали поблизости шум техники и голоса людей. Они еле успели сменить местоположение. Еще пара-тройка минут, и попали бы под край растянутой цепочки местных полицейских.
Те, вооруженные штатовским оружием, мерно топали по грязи, ругались на непогоду и начальство, плевались во все стороны, но все равно шли, угрюмо зыркая на каждую кочку или бугорок. Можно было с первого раза угадать, кого именно они искали.
Не прошло и пяти минут, как цепь полицейских внезапно развернулась и пошла вслед за десантниками. Да, очень похоже было на то, что копов кто-то наводил.
Группе Батяни пришлось опять сниматься с места и уходить. Благо хоть ливень шел да туман от земли поднимался, не то преследователи заметили бы десантников еще издали и открыли бы огонь на поражение. Вертолет, зараза, постоянно кружил где-то в небе, невидимый и назойливый, нагонял дискомфорта своим присутствием.