И в это время где-то на противоположном конце площади раздался звонкий перестук копыт. Из-за угла большого каменного здания вылетел целый отряд рыцарей в кольчугах и тяжелых шлемах, с развевающимися за спиной зелеными плащами. Вооружены они были либо мечами, либо копьями, однако ни те, ни другие не выглядели от этого менее внушительно. Актеры вскинули головы, хозяин труппы поспешил вернуться на подмостки и убрать меч в ножны. Крысолов велел Пересмешнику и остальным ворам отпустить карманников, а когда Танока, на секунду поддавшись панике, метнулась в сторону, схватил ее за руку:
- Не беги. Они все равно догонят. Может быть, мы сумеем их обмануть.
Каратели быстро достигли сцены и окружили всех, кто находился возле нее. Крысолов с самым невинным видом наблюдал, как они спускались с лошадиных спин; один из них, поигрывая мечом, направился к ним и спросил, окидывая безразличным взглядом то одного, то другого:
- Что здесь происходит? Мне сказали, что на площади воры…
- Так вот же они, - Кот кивнул в сторону столпившихся на сцене актеров. – Мы схватили троих, когда они обчищали карманы зрителей, но пришлось их выпустить.
- Вот как? Что ж, значит, эти бродячие фигляры так и не научились зарабатывать честно. Связать их!
Актеры шагнули вглубь сцены, закрывая своими спинами девушку. Рыцари вбежали на настил, и вскоре все они была связана по рукам и ногам. Пересмешник, Лемур и Зимородок не спеша направились прочь, пока никто из карателей не обращал на них внимания. Кот и Сорока тоже пошли было прочь, как вдруг хозяин труппы дернулся, словно пытаясь разорвать веревки, и крикнул:
- Что же вы, господа каратели? Актеров поймали, а настоящие воры уходят у вас из-под носа! Это же Кот Крысолов, самый знаменитый вор Брестоля!..
…Прежде чем рыцари успели что-либо сообразить, воры все как один бросились к лошадям. Вскочив в седла, они развернули их и бросились врассыпную. Семеро солдат, которые оставались в седле или успели быстро туда забраться, оставили своих товарищей и поскакали следом за беглецами, но тщетно – Крысолов и его друзья гнали лошадей по самым узким и извилистым улочкам, уносясь все дальше и дальше.
Оставив рыночную площадь, воры скакали все дальше и дальше от замка Гильдии, к окраине Морквы, однако каратели и не думали отставать от них. Видимо, они решили во что бы то ни стало поймать знаменитого Крысолова и представить его справедливому суду. Друзья устремились через широкую улицу во дворы, поскакали к следующей площади, перепрыгивая через случайных прохожих и торговые прилавки – преследователи цепко держались у них на хвосте.
- Разделимся! – выкрикнул Кот, когда Пересмешник и остальные поравнялись с ним на несколько секунд. – Они погонятся за нами! Нельзя возвращаться этим же путем, или мы сами покажем им, где Гильдия!
- А Танока? – спросил Эдвиг, на полном скаку оглядываясь через плечо. – Она поедет с тобой?
- Она – еще более заметная цель, чем я! Вы втроем запутайте следы, окольными путями возвращайтесь и скажите Десото, что я уведу карателей как можно дальше!
- Хорошо… будьте осторожны, оба!
И дальше Кот и Сорока продолжили скачку в одиночестве. Эдвиг, Банди и Руфус отделились от них и увели в сторону троих преследователей, остальные четверо так и не отстали.
- Ты хоть знаешь, куда мы бежим? – спросила Танока, заглядывая Крысолову в глаза.
- Еще нет, - был ответ. – Но нам нельзя возвращаться.
Последние несколько домов, как бы испуганно расступившихся на краю улицы – и Морква закончилась. Стражники на башнях равнодушно проводили взглядом мужчину и женщину верхом на рыцарских лошадях и всадников-карателей, устремившихся на север от города, к зеленым холмам, которые вздымались над землей в венце из редких берез. Далеко впереди, на возвышенности, чернел густой сосновый лес, словно реющее знамя свободы и безмятежности.
Пыльная извилистая лента дороги плавно поднималась вверх, уводя всадников все дальше и дальше от города. Стоило оглянуться – и можно было еще различить вечно окутанные туманом зловонные болотистые низины. А здесь, на холмах, среди зеленых лугов, воздух был прозрачен, свеж и напоен ароматами целого букета полевых цветов. Птицы шумно вспархивали с густого ковра разнотравья и взмывали к небесной тверди, едва заслышав грохот галопа, но через несколько мгновений снова опускались на луг, когда всадники проносились мимо.
- Они отстали? – спросил Крысолов, оборачиваясь назад.
В серо-рыжем облаке пыли, протянувшемся за ними над дорогой, уже не видны были силуэты рыцарей, но отчетливо слышался в тишине полей топот лошадиных ног и скрежет железа.
- Нет, - отозвалась Сорока, подгоняя скакуна. – Здесь негде спрятаться, одна пустошь кругом. Они найдут нас, куда бы мы ни поехали…
- Я знаю это место, - сказал вдруг Кот. – Нам бы только перебраться через реку – на том берегу, рядом с монастырем, держит таверну мой старый знакомый. Он тоже пострадал от карателей, поэтому, думаю, не откажется нам помочь.
- Надеюсь, ты прав… - протянула Танока, впрочем, не вполне веря в его слова.
Дорога карабкалась все выше и выше по склону холма, и вскоре пара воришек оказалась на хребте, на вершине обрывистого берега. Внизу по-летнему сонно несла свои мутноватые сине-зеленые воды река, а над ними раскинулся аркой горбатый деревянный мостик. Крысолов и Танока пришпорили коней и проехали по нему на другой, еще более крутой берег, поросший сосняком, и скрылись среди деревьев.
Рыцари, конечно, последовали за ними, но все-таки не смогли сразу узнать, в какую сторону ускакали воры. Рисковать и возвращаться в Моркву ни с чем они не решились, поэтому принялись прочесывать лес, оставив одного из товарищей охранять мост на случай, если беглецы попробуют вернуться тем же путем.
Таверна «Медвежий угол» расположилась на берегу немного ниже по течению, на милом холмике, возвышавшемся над заросшей камышом запрудой. Хозяин заведения, бывший лесник и охотник, вышел в этот послеобеденный час проверить садки на реке, когда на тропинку на полном скаку вылетели Кот и Сорока.
- Билл! – выкрикнул наш герой, рывком останавливая лошадь. – За нами гонятся каратели…
Этого оказалось достаточно. Ни секунды не раздумывая, хозяин таверны побежал обратно к двери и отпер замок, в то время как Крысолов с Танокой слезали со спин взмыленных коней. Из кухонной дверки на улицу выскочили два здоровых парня, тут же взяли скакунов под уздцы и отвели в хлев, в то время как беглецы вслед за Биллом нырнули в сумрачные недра таверны.
Посетителей в такой час было немного, и все в основном местные. Не слышен был привычный гул возбужденных голосов, смех и звон кружек, не потрескивали горящие факелы, не лилось рекой дешевое пиво – «Медвежий угол» напоминал сейчас логово какого-то зверя, впавшего в зимнюю спячку. Впрочем, это было на руку ворам: вряд ли они хотели бы сейчас быть замеченными.
- Забирайтесь сюда, - хозяин таверны вынул из стойки гвоздь и снял одну из квадратных досок.
За ней обнаружился довольно просторный тайник, куда Кот и Сорока нырнули не раздумывая. Внизу и вверху, под столешницей, между досками были большие зазоры, через которые в тайник проникал воздух, и при желании можно было даже посмотреть, что творится снаружи. Словом, наши воры неплохо устроились.
Ждать им пришлось не так долго, чтобы они успели расслабиться. Тяжелый стук в дверь заставил содрогнуться не только их, но и всех, кто находился в тот момент в зале. Билл открыл дверь и пропустил в помещение трех карателей, по лицам которых было видно, что им очень не хотелось бы и дальше продолжать поиски беглецов. Учтиво поклонившись, владелец «Медвежьего угла» поинтересовался у посетителей, что такие благородные рыцари делают в таком диком и запущенном месте.
- Послушай, приятель, - начал один из них наигранно-непринужденным тоном. – Я знаю, что твою харчевню посещает разный сброд, но, полагаю, ты очень поможешь нам, если скажешь, не заезжали ли к тебе сейчас двое на гвардейских лошадях? Да, всего лишь мужчина и женщина. И, да, должен тебе сказать, что если командир узнает, что мы держали беглецов в руках и упустили их, он будет очень недоволен и нами, и, в частности, тобой…. Ну, так?..