Но я с честью выдержал сие испытание, и когда наступила ночь, награда сама пришла ко мне в комнату в облике Вес. Очень разгоряченной, буквально полыхающей Вес, которая мне даже звука издать не дала, сразу же прыгнув на шею и обхватив ножками, страстно целуя.
Щёлк! — сказал замок на двери, когда я упал на кровать.
— В прошлый раз… — разорвав поцелуй, тяжело дыша, заговорила Вес. — … ты был настороже.
— М?
— Мастер Аала научила меня двум медицинским техникам. Одна чтобы зачать, вторая чтобы предотвратить случайное зачатие, — прошептали мне наушко. — Так что не сдерживайся, — последние слова она уже мурлыкала, царапая мне грудь.
Да уж… мама определенно на Вес оч-чень плохо влияет. И черт возьми, как же это хорошо!
Глава 12
Расставание с любимыми сердцу дамами было столь же стремительным, как и встреча. Они и так задержались из-за нас, так что тянуть дальше было нельзя и уже на следующий день, мы с Ирбисом проводили их на корабль. Личный мамин корабль. Крейсер типа: «миротворец». Судно на шесть человек, двое из которых члены экипажа. Нет, так-то за раз перевезти может и больше, но благодаря особому управлению с кораблём можно было справиться в одиночку.
Забавно, мама там на личном корабле с Вес рассекают, а я с этим пацифистом по пассажирским и грузовым судам мыкаемся. Не то чтобы я завидовал, или негодовал, лично мне без разницы, важен сам факт! Но ничего-ничего, придет время, обязательно обзаведусь такой штукой. Хотя понять можно, Ирбис только-только мастером стал, а на межпланетарном истребителе он летать не хочет, удобство не то.
К слову, а чего это этот ногри такой довольный, я понять не могу? Стоит, улыбается, вздыхает.
— Ирбис? — толкаю его локтем.
— А?
— Я не понял, ты чего вздыхаешь?
— Да так… о своем, о вечном.
— Н-да? — подозрительно прищуриваюсь.
— Да-да. Нет, но какая женщина, Шейд. Какая женщина! Эх…
— Э-э-э… я вот сейчас конкретно так не понял!
— Расслабься. Ей нравятся люди или миралуки.
— Короче тебя отшили.
— Угу.
— Сразу?
— Угу.
— Но хоть целым ушел, гордись! Далеко не каждый этим может похвастать. Поверь — я знаю.
— Угу.
— А как дело было?
— Ну как… с угрозами и лезвием в пасти. А еще допросом. Как же она была красива… эта пылающая аура, сочащаяся и давящая Сила, а глаза… нет, ну какая Женщина!
— Ирбис, прием-прием, вернись ко мне! — тормошу его за плечо. — Учитель!
— А? А, да, прости. Ты, кстати, знаешь откуда твоя мать родом?
— Не-а. Я и не спрашивал никогда. А что, ты знаешь?
— Да.
— И откуда? С Тайтона? — усмехаюсь.
— Нет, с Чикагу.
— Ау… э-э-э… пф! Нет, ну тогда все понятно.
— М?
— Понятно откуда замашки. Хадия страдает ровно тем же, только в большей степени. Чуть что, за нож хватается и размахивает им аки палочкой.
— Н-да. А ты знал, что твоя мать безродная?
— Нет, она не любит говорить о своем прошлом. Так, стоп. Погоди… — я посмотрел на гермодверь за которой скрылся корабль. — Безродные на Чикагу, это же самое дно?
Ирбис изменил гримасу на лице, в духе «вот-вот, я о том и говорю».
— Н-да. Пошли что ли?
— Идем.
Это был тот небольшой островок спокойствия и счастья, во всем калейдоскопе событий. Туда лети — разгребай, сюда лети — разбирайся… у мамы работа была веселее — отлавливать беглых одаренных опасных для общества. Кстати, что вполне лично меня устраивало. Платят хорошо, работа не пыльная, есть кому морду бить… ну не ляпота?
Эх, мечты-мечты. До них мне пока расти и расти, а пока будем учиться, учиться, и… стоп.
Ирбис, мне сейчас в голову пришла просто восхитительная мысль! Стой, ты куда попятился?! В смысле, тебе моя рожа не нравится? Это отличная идея, и я уверяю тебя, она тебе зайдет! Да не надо на меня так смотреть, я тебе что, маньяк, чтобы меня ТАК смотреть? Ладно, не важно. В общем слушай, я тут заметил, что маленько расслабился… пшел к Саарлу, умник, я в боевом плане имею ввиду. Так вот, как на счет устроить тренировочный спарринг? Нет, в смысле ты «не хочешь»? Мне же надо как-то форму поддерживать и былое вспомнить, я из-за тебя, пацифиста гребанного, две такеды никому лицо не бил! Нет, это не значит, что его надо бить тебе, но твоя мысль мне определенно импонирует. Я просто хочу поддержать форму. Обещаю, больно бить не буду. Да сколько можно, не надо на меня так смотреть, посмотри на себя! Мотаешься постоянно из одной задницы в другую, надо ведь и за себя уметь постоять. А я могу много интересного показать, м? Мне тренировка, тебе учение.