Сверля меня полным недоверия взглядом, Ирбис все-таки сдался, а я мысленно крикнул «Попался». Ибо теперь, если была возможность, мы проводили спарринг, в том числе и на кораблях. Для этого, просто растаскивали в трюме грузы освобождая площадку, ну и, собственно, дальше шел бой.
О-о-о-о, какое же это приятное чувство. Я катал Ирбиса по полу только так. Несмотря на нашу разницу в возрасте, он все-таки не был боевиком как я, а потому, любая стычка заканчивалась соприкосновением его лица с полом. Как и обещал, сильно не бил, но ему хватало и этого. И да, это все исключительно тренировка! Да. Я не получаю удовольствие от праведной мести этому мучителю, я не получаю удовольствие от праведной мести, я не получаю… нет, Ирбис, это я сам с собой говорю. Нет, у меня все хорошо с головой. Продолжим занятие? Эй! Куда, куда ты уползаешь, мы только начали!
Вессира
Глядя в иллюминатор, развалившись на кровати прямо возле него, я с глупой улыбкой на губах, представляла как скоро закончится обучение, и мы станем странниками. Что будет потом, гадать не приходилось, дальше начнется финальный этап и паломничество по храмам Дже’Дайи. Наверное, самый опасный этап в их жизни, который разделяет её на до и после. Ведь не каждый завершит свое Великое Путешествие. Некоторые падут жертвами множества опаснейших природных явлений и животного мира Тайтона. Другие потеряют себя. А есть те, кто просто сломается и предпочтет оставить Тайтон, рассеявшись по системе. Но как Дже’Дайи, мы должны принять это. Мастер из Падаван Кеша — Дила Ян Моролла всегда говорила, что в реальности не существует абсолютов. А жизнь — это вызов, и только встречаясь с опасностью лицом к лицу, можно добиться настоящего величия.
Вот только, эта мысль настолько же меня вдохновляла, насколько останавливала. Величие. Что это такое? Признание остальных? Собственные достижения? А может и то, и другое? Но… зачем? Зачем оно мне нужно? Я ведь не хочу быть великой. Мне это не нужно. Сейчас не нужно. И я это понимаю.
Но раньше все было по-другому. Раньше, я хотела достичь и признания остальных, и взойти на вершины в познании Силы. И если с последним я согласна и сейчас, пусть по другим причинам, то вот первое… глядя на Шейда, а теперь и его мать, я уже не уверена, а нужно ли оно — признание кого-то, кто, по сути, тебе безразличен?
Шухр! — открылась дверь в которую вошла мастер Аала. Распаренная, в полотенце и счастливой улыбкой на лице.
Мастер Аала… поначалу я стеснялась своего учителя и её манер, ведь о стыде она кажется даже никогда не слышала. Зайти в каюту и спокойно переодеваться, говорить на откровенные темы, отвешивать шутки, от которых первые такеды я краснела как вареный краб. А еще, она любит улыбаться и в принципе пребывает в хорошем расположении духа. Даже когда у нас проблемы, очень большие проблемы, она продолжает улыбаться и веселиться. В этом вся она. Нас вот-вот съедят, а она и не думает становиться серьезней. У Шейда кстати, есть похожая черта. Не такая же, но около того. Как тогда, когда нас на первому году обучения занесло в пустыню и нам пришлось делать ноги от кремнеящеров. Мы тут выживаем, а этот ржёт. Еще раз глянув на подвязывающую лентами грудь Аалу в отражении иллюминатора понимаю, что они с сыном одного поля ягоды.
С другой стороны, это ведь хорошо. Аала никогда не унывает… или делает вид что не унывает, как бы плохо ей не было. Лишь единожды я видела явственную мрачную тень на её лице, когда спросила об отце Шейда. Больше тема не поднималась, а я и не лезла. Еще один короткий взгляд на задумчивого мастера, который с видом вселенских мук думала, красненькую маечку надеть, или зелёненькую?
А ведь она не только была сильна, в должной степени умна, но еще и очень обаятельна. Ведь чего у Аалы было не отнять, это фигуры и красоты. Где бы мы не появлялись, к ней обязательно кто-нибудь да клеился. Причем не важно, это мог быть и обычный человек, так и какая-нибудь уважаемая персона с верхов планеты. И все терпели крах. Здесь я видела просто кардинальную перемену в Аале. Она одним взглядом могла послать тебя в пешее эротическое направление, все так же мило улыбаясь. Других, особо не понятливых, она посылала пинком под зад. Были еще третьи, которые даже после этого не унимались и грозились карами, но последний улетел в окно с третьего этажа. Аала не любила церемониться, она действовала сразу. Помню, она просто походя зажарила охрану одного предприимчивого наркодилера. Пощада, ценность жизни, милость… о чем вы?