Не верилось в происходящее. Нэйт спокойно держал стражницу, словно подобное для него – обычное дело.
Может, передо мной мираж? Может, Леонард нашел способ спуститься в Хэдес? И если это Нэйт, то где Хьюго?
Вопросов было так много – жужжащих в голове, как рой пчел, назойливых, отвлекающих – и самый главный вылетел, взорвав молчание, разметав его в стороны:
- Кто ты?
Уголки губ парня дернулись. Он повернулся и двинулся к окну. Аккуратно поместив на подоконник свою ношу, Нэйт вернулся.
Мы находились так близко, его рука был в каких-то жалких дюймах, а лицо – на расстоянии выдоха. Подашься вперед – и коснешься лбом груди. Один шаг – и уже не убежать.
- Как ты думаешь? – собеседник не спешил отвечать.
Мне тоже некуда торопиться. Даже если здесь Леонард, никто не скроется.
Я всмотрелась в стоящего передо мной юношу. В золотистых волосах белело несколько седых прядей – подарок Весов за открытое будущее. На правой щеке виднелся ожог, скользнувший по скуле и задевший мочку уха. Небольшая ссадина на подбородке. На руках кое-где порезы. Толстовка на левом плече обгорела. Ее оплавленные края обнажали небольшую, неприятную рану.
- Болит?
- Уже не сильно, - поморщился Нэйт, вспоминая о повреждении. – Действует заморозка. Когда отойдет, будет не до веселья.
Юноша тоже внимательно оглядел меня. От него не укрылись мои боевые «награды».
- С кем успела подраться? Со своими? Поэтому к тебе надзирателя приставили?
Последнюю фразу он произнес с угрозой. Уверена, тем, кто со мной плохо обращался, не поздоровится.
- Ерунда, царапины.
Надо было переодеться, прикрыть хотя бы ссадину на боку. Она выглядела хуже других.
- Кто? – сквозь зубы процедил терр, с каждым мгновением становясь все мрачнее. – Расскажешь? Или у них спросить?
Нэйт кивнул в сторону Верхнего Зала и ничего не подозревающих хранителях. Пришлось признаться:
- Это Нолан. Не переживай, он уже ответил.
Левая бровь юноши удивленно приподнялась. Не он один умеет поражать. А если сказать, что помощь не понадобилась, Нэйт будет мной гордиться?
Увы, собеседник лишь вздохнул:
- Обещал оградить тебя от сражений. Хорошо держу слова.
Оставалось пожать плечами. Мы не виноваты. Так сложились обстоятельства. Хьюго тоже хотел защитить Кирс. Теперь девушка находится под стражей, чудом спаслась после встречи с врагом. Не на такое рассчитывал напарник.
- Злишься?
- Немного, - признались в ответ.
Я улыбнулась и осторожно прижалась лбом к груди Нэйта. Это был он – мой упрямый, властный терр. Это его запах обволакивал кожу. Терпкий, пряный, разбавленный дымом и копотью. Это его пальцы сплелись с моими, а голос произнес:
- Все кончилось. Мы победили.
- Хьюго цел?
Юноша еле слышно проговорил:
- Придет позже. Ему есть, чем удивить.
Стало интересно. Что же произошло у стража?
- Скоро узнаешь.
Предвкушение передалось и мне. Если Нэйт уверен, значит, надо ждать нечто необычное.
- А ты?
Парень готовился к битве с братом, осознавал: либо один, либо другой. Но одно дело – понимать, другое – сделать. Такое не каждому под силу.
- Пока не решил. Надеюсь забыть, но невозможно, - признался Нэйт.
В словах отчетливо чувствовалась боль – боль от убийства брата, от навалившейся усталости, от ответственности за всех нас. Кэллум не желал быть спасителем, надеялся уйти в тень и избежать шумихи.
- Расскажешь, как все случилось?
- Покажу, если захочешь.
- Хочу, - я нашла в себе силы и, подняв голову, буквально утонула в теплом золоте глаз.
Мы должны разделить эту боль вместе.
Зрачки Нэйта расширились, словно приоткрывая дверь. Разум дрогнул, и меня затащило в омут чужих воспоминаний.
Здесь было темно, слегка смазано и как-то плоско. Ни буйства красок, ни теней, ни мелких деталей – простой мир, в который мне позволили заглянуть.
Узнавался парк, раскинувшийся вокруг озера, наша с Нэйтом скамейка, которую спалил Леонард, и точную копию которой пришлось выпрашивать у Гарнета, тропинки, покрытые тонким слоем первого снега.