Между ними не царило недомолвок, каждый знал, чего ждет. Все казалось простым и понятным. Мне о таком оставалось мечтать.
Да, наша парочка позорно топталась на месте и не продвинулась дальше объятий с короткими поцелуями. Они наслаждались духовной близостью, то ли из-за страха переступить определенную черту, то ли были не готовы.
Их медлительность веселила Виаса. Мужчина часто подшучивал над Хьюго, называя его сто сорокалетним девственником и предлагая принести соответствующую литературу. Напарник в ответ хмурился, дулся и заявлял, что это их личное дело.
Я наблюдала ним, его высоким, почти неземным отношением, сравнивала их со своими – ослепительными, резкими, не признающими поражения – и не понимала, какие являются лучшими, правильными. И корректно ли задавать подобные вопросы? Разве на них есть ответ?
Все это вызывало внутри бурю противоречий, заставляя метаться из стороны в сторону, мучиться и с трепетом ожидать того, что будет завтра.
Глава 7
Глава 7. Неравенство
Плачет ребенок.
Он сонеты слагает
в семье кузнеца.
У всех есть воспоминания о детстве: первый камень, запущенный в окно соседского дома, разбитые в кровь колени после погони за чьей-то кошкой, украденная из чужого почтового ящика газета.
У меня же там боль, страх, холод и одиночество. В нашей проклятой семейке иначе не бывает. Мы должны быть как цепные собаки, чтобы, когда спустят поводок, выполнить свое предназначение.
Я тоже вырос псом, готовым перегрызть глотку по сигналу, только нет того, кто его подаст. Отныне все зависит только от меня.
***
Я сидела на скамейке в ожидании Хьюго. Алтерн, пообещав расправиться с делами как можно скорее, отпустил меня на поверхность раньше положенного времени. Он почувствовал мою печаль, невысказанные мысли, крутившиеся в голове подобно детской карусели, и дал возможность побыть одной.
Юноша знал, что в подобной ситуации ему не удастся забрать груз второй половинки, лежащий на плечах тяжелым комом. С таким нужно справляться самому, иначе дальше не продвинешься – ни в отношениях, ни в жизни.
Благодаря Хьюго у меня появился шанс все разложить по полочкам.
Увы, я бездарно потратила отпущенное время на игры со Скитом.
Хорек веселил меня как мог. Он понял, что именно вызовет мою радость, и нагло этим пользовался: с шальным видом носился вокруг скамейки, клацал зубами, пытаясь поймать мошек, летающих в воздухе. Изредка Скит останавливался и смотрел, любуясь произведенным эффектом. Смех хозяйки подбадривал его, заставляя резвиться дальше.
Правда, наиболее забавным была реакция питомца на окружающих. Когда на дорожке появлялся посторонний, Скит в мгновении ока оказывался возле меня и замирал в самой непринужденной позе. Стоило незнакомцу скрыться, фидо вновь принимался за старое.
Я не могла сдержать улыбки, наблюдая за выходками подопечного, и позабыла обо всем на свете.
Пока мы со Скитом развлекались, Хьюго не терял времени даром. Страж покинул Хэдес и медленно поднимался на поверхность. Его присутствие ощущалось совсем близко, а вместе с ним и тревога.
Бледная, но отчетливо звучащая, почти незаметная, но жутко беспокоящая – она вынудила напарника замедлить ход и вернуться. Что это могло быть?
Наверное, следовало связаться с алтерном и спросить, в чем дело? Однако юноша вновь продолжил путь наверх. Ниточка между нами становилась ярче, с каждым мгновением звонче.
Хьюго не звал меня, но его молчаливая просьба повисла в воздухе. Дескуру требовалась моя помощь – и мы со Скитом не мешкая поспешили на берег навстречу стражу.
В глаза сразу бросилось нечто странное: вместо одной темной точки на поверхность поднималось три. Две крайние резво плыли вверх, игнорируя попытки последней задержать их.
О, нет! Я готова была взывать ко всем известным Богам, способным предотвратить катастрофу, но ничего не изменить: слишком поздно.
На дорожку, вымощенную каменными плитами уже летели два тела. Раздался всплеск, громкий звук удара и порция отборной ругани. Таким словечкам позавидовала бы и Кэссия. Интересно, она знает, какие «успехи» в изучении языка делают новорожденные? Вряд ли. В противном случае молодые стражи легко бы не отделались.