***
Неожиданный смех раздался в комнате. Вивиан громко хохотала, обнажив ровный ряд белоснежных зубов.
Мне стало еще хуже. Щеки пылали от стыда, а на языке не вертелось ничего, кроме неуместных извинений.
Почему я не могла подумать, прежде чем открывать рот? Почему не поздоровалась ради приличия? Теперь, единственным приветствием от собратьев после долгих лет разлуки будут фраза, в которой встречается слово «грудь». Великолепно!
- Ты забавная, - проговорила, наконец, женщина, вытирая выступившие в уголках глаз слезинки. – Пожалуй, мы с вами поболтаем.
Меня и Хьюго это устраивало, а девушка, которая привела нас сюда, была настроена не так доброжелательно.
- Хочу напомнить, - тут же возразила она, - через час…
Однако Вивиан не слушала:
- Ой, прекрати, - отмахнулась она от замечания, - не хочу идти на эту скучную встречу. Мой муж прекрасно справится один.
Я насторожилась, услышав упоминание о муже. Выходит, аструм, оставшись одна после смерти алтерна, не растерялась, беззаботно провела последние пятьсот лет, еще и семью успела завести.
Такой информации в досье не было. Почему? Барт не нашел ее или специально скрыл опасные нюансы, боясь, как бы они не попали в плохие руки?
- Будет решаться вопрос о слиянии компаний, - помощница Вивиан не собиралась сдаваться, - без вашей подписи сделка не состоится.
- Тогда я подъеду, если они придут к соглашению, - довольно заключила стражница и тут же добавила, помахав изящной рукой в сторону выхода, - а теперь иди: не мешай воссоединению семьи.
Девушка недовольно нахмурилась, но вышла из комнаты, подчинившись старшей подруге.
- Сейчас побежит жаловаться, - тяжело вздохнула Вивиан, упав в плетеное кресло. – И о чем я думала, когда заставила Фрэнка наделить меня правом голоса?
Женщин приняла несчастный вид и томно приложила ладонь ко лбу, демонстрируя окружающим полную обреченность.
Мы с Хьюго не нашли ни слов утешения, ни других соответствующих обстановке фраз, полностью потеряв дар речи от увиденного. Особа, сидящая перед нами, не походила на стража Равновесия, как Барт на терра. Ее переполняли жеманство, кокетство, бесконечный эгоизм, и точно не чувство долга, ответственность и желание помогать собратьям. Развеселив Вивиан, я получила разрешение приблизиться к «прекрасному». В противном случае, нас с Хьюго выставили бы за дверь, не слушая никаких объяснений.
Хьюго тоже это понял. Алтерн осторожно вступил в мой разум и произнес с беспокойством:
- Ты до сих пор считаешь, что мы должны привести ее в Хэдес? Нам необходима помощь, а не толпы туристов.
- Она богата, - резонно возразила я. – Аструмы больше не могут продавать свои картины и старинные настольные игры. В первую очередь нас интересуют ее деньги – и неважно, что для их получения придется уговаривать такую как Вивиан.
- Не могу поверить, - горестно возвестил юноша, - мы действительно это сделаем.
Он обреченно качнул головой и покинул мои мысли, оставляя наедине с самой собой. Его появление, как и его уход, ощущались легко, совсем незаметно, словно общение происходило вживую, а не через связь. Мы с каждым днем все лучше и лучше понимали друг друга, учились быть полноценными партнерами – половинками единого целого.
Вивиан не заметила нашей беседы – и у меня возникли опасения, что навыки стражей давно не гостят в ее хорошенькой голове. Там только модные журналы, косметика и прочие атрибуты красивой жизни.
Тем временем, необъяснимая меланхолия женщины спала – и Вивиан с довольной улыбкой объявила:
- Вы так не сказали свои имена. Как же зовут моих молодых собратьев?
Мы по очереди представились и замолчали, не зная с чего начать. Хозяйка дома сама продолжила беседу:
- Что привело Мэл и Хьюго сюда? Меня никогда не считали хорошим стражем. Более того, когда пал Радужный Замок, и мой напарник погиб от руки терра, я трусливо сбежала, бросив товарищей по оружию в трудный час. Вы уверены, - Вивиан наградила нас строгим взглядом, будто хотела прочитать мысли, - что постучались в дверь к нужному аструму?
От признания мороз пошел по коже. Женщина уже не выглядела глупой кокеткой. Она неожиданно преобразилась, явив лик хищной, не гнушающейся ничем особы. Кажется, мы поторопились с выводами.