К черту сомнения. Мы оба уже сделали выбор, просто поняли это лишь сейчас.
Я закрыла глаза и глубоко вдохнула, собирая всю волю в кулак. Где-то там, внутри находился островок возмущения – чужеродный элемент, туманящий сознание. Он тугим узлом клубился в районе солнечного сплетения – не родной, посторонний, но такой теплый.
Его мягкое дыхание шерстяным одеялом укрывало плечи, грело изнутри, как горячий лимонный напиток.
Медленный выдох – и пульсирующий комок в груди стал слабее. Жаркий день сменился прохладными сумерками, силой закатывая солнце за горизонт.
Я положила руку себе на грудь, пытаясь совладать с давящим, тяжелым чувством. Хьюго повторил мой жест и, попятившись, прижался спиной к кристаллу в поисках опоры. Воздействие усилилось, заставляя морщиться и стискивать зубы, не смея вскрикнуть.
Каждый из нас боялся повторить прошлое, боялся той боли и пустоты, возникшей после отказа от алтерна. Но мы уже не могли остановиться. Обоюдное желание оказалось сильнее страха. И впереди забрезжила надежда, что в этот раз все может получиться.
Глава 16
Глава 16. Свобода
Звенит тетива.
Ей невдомек, почему
мы торопим смерть?
Никто не хочет умирать, но каждый день мы делаем все, чтобы приблизиться к этому еще на один шаг. Любое решение – поспешное или взвешенное – любое случайное знакомство – и нас тянет, как магнитом. Даже бездействие не растопит холодное сердце смерти и не подарит нам ни одного нового мгновения.
Мы сами уничтожаем себя, отпиливая ветку, на которой сидим, миллиметр за миллиметром. И теперь, когда осталось совсем немного времени, я по-настоящему испугался.
***
- Ты в порядке? – Хьюго первым пришел в себя.
Его голос был глух, но в нем не звучала ни боль, ни затаенная печаль.
Я прислушалась к своим ощущениям. Действительно, ничего подобного не наблюдалось. Даже в самых отдаленных уголках сознания никто не нашептывал о слабости, не скручивал в тугой узел внутренности, не стягивал ткани ядовитыми щупальцами, не покалывал тонкими, точно иглы, пальцами.
- Кажется, да.
Мои слова успокоили юношу. Он как-то облегченно вздохнул и замолчал.
Мне же никак не удавалось понять мое состояние. Все выглядело другим, чувствовалось тоже по-новому. Это волновало и не позволяло собраться с мыслями. Интересно, а какой Хьюго здесь – в мире без связи?
Я осторожно приподняла голову и посмотрела на напарника. Все такой же: собранный, рассудительный, спокойный, будто и не было ничего, будто мы не закрывались друг от друга, отказываясь от второй половинки.
Юноша с не меньшим интересом изучал меня – ту, кто раньше вызывала бурю противоречивых чувств, ведь являлась полной противоположностью, но из-за связи приходилось сдерживать желания. Будем ли мы и дальше терпеть? Или разбежимся в стороны?
Множество вопросов – и ни одного ответа. Раньше их можно было прочитать по связи – тонкой, золотой нити, объединяющей нас. Теперь она ушла. С ней пропало и понимание. А дружба? Пропадет ли она? Или наши отношения нельзя считать дружбой?
- Мы не должны никому рассказывать, - проговорили мы одновременно, не сводя друг с друга взгляда.
Я усмехнулась. Нас больше ничего не связывало, а мысли в головах были схожими. Или это страх - потерять близких - толкает на сокрытие тайны?
- Значит, договорились, - царственно кивнул Хьюго. - Никто не узнает о случившемся. Пусть все и дальше думают, что у нашей пары золотая нить.
- Хорошо, - на моих губах заиграла ехидная улыбка, - но не нам одним будет известен этот секрет.
Напарник закатил глаза, отказавшись комментировать. Он не любил признавать свою неправоту или соглашаться с чужим, более точным определением, ведь "солнечный мальчик" не ошибается.
Меня подобное не пугало. К тому же моих ошибок так много - давно стали привычными.
- Иди, - юноша давал понять, что хочет остаться один, - тебе есть, с кем поделиться новостью.
- Как и тебе.
Ответ заставил стража еще сильнее нахмуриться и поджать губы. Это слишком, даже для такого понимающего Хьюго.
- Прости, ухожу, - я примиряюще улыбнулась, мысленно ругая себя за болтливость.
Парень согласно прикрыл глаза.