Инерция. Рейлин возвращается бумерангом с огромной силой, как и их арбалет обладал ненормально большой отдачей. Сиин такую не удержать. Но ведь и тари небыли силачами. Они были сильней сиин, но уступали нам в ловкости. Свою школу фехтования они тоже основывали на ловкости. Следовательно, моих четырнадцати должно хватать с лихвой. Что же до силы — сейчас я вспомнил. Однажды я слышал, уже не помню где, что сила среднего тари оценивалась в семь. Следовательно, разделявшую меня и среднестатистического представителя этой древней расы пропасть в одну единицу я уже перешагнул, подняв двадцатый уровень.
Итого, имеем три варианта. Первый — коты-воители вовсе не обязательно должны были быть «обычными». Возможно для владения рейлин требовались годы тренировок и владение дополнительными благословениями отца. Они могли просто вкладывать очки характеристик за каждый десятый уровень в силу или что-то свое особое.
Второй вариант близок к первому. Возможно, дело именно в каком-то специальном навыке или, известном древним. Если так, то мне нужно только как следует подумать, возможно, провести серию экспериментов боем.
И третий, самый для меня неприятный. Было кое что, присутствовавшее в каждом тари и редко находившееся в народе сиин. Способности к магии. Рейлин тоже был волшебным, как и металл, из которого он был изготовлен, умели делать только сами коты с помощью магии. Звучит вполне логично, что и для управления таким оружием нужна волшебная сила.
Мора, как я решил сокращать имя болотной хозяйки, скрыла нас под пологом своей невидимости, и доставила в скрытую за чахлым желтым кустом дыру в камне. Укрытие было чем-то вроде небольшой норы, образованной естественным образом.
В облике зверя привычным способом — превращениями и прыжками, я легко мог взобраться сюда и сам с уровня ниже, где шли мы с будущим вороном.
В сердце разбитых на сектора радиальных трещин, росло нечто, напоминавшее коричневую гору. Рядом с ней в землю врастали и еще пара дюжин не менее толстых корней. Корень растения, пробивший камни, был столь огромен и эпичен, что я невольно подумал о корнецветах. Может ли это быть одно из тех самых легендарных древ, что подпирают небосвод?
Ясность. Такой эффект был написан у меня в статусе после напутственного благословения Моры. Мое зрение теперь с легкостью окидывало подсвеченную растениями и камнями местность, разбивая тьму. Дар зоркости и темновидения был временным, но необычайно мощным. В смешении с другими сенсорными органами сиин, я заранее знал о численности и составе групп противника.
Нужно будет обязательно найти подобные вещи в алхимической лавке города Сая.
Трое. Затем шестеро. Затем снова трое. Прыгая между стен, словно бело-бирюзовая молния, я, поминутно меняя форму, обходил неприятеля по скалам над ними.
Один.
Слух выцепил за изгибом трещины шаги одиночной цели.
Инерция, Лииндарк, инерция. У этого оружия должен быть свой ритм.
Почему я не взял десяток запасных травяных клинков, как делают все рейнджеры? Понадеялся на зачарование клинков отца?
Не метать. Для начала попробуем просто ударить врага. Но как? Если я замахнусь им, то просто не удержу и буду кружиться, как идиот. Вернее, я бы кружился в свободном пространстве, а тут, запертый среди узких скал — нет, не вариант. Не исключено, кстати, что рейлин изначально и не предусматривал столкновений в узких помещениях. Во времена тари мир еще не был таким холодным, и никто не ютился в узких тоннелях.
Поднырнув под чудовище, одиноко бредущего низкоуровневого искателя плоти, я подрубил ему ноги, в развороте, и глупо ткнул обратной частью китарового круга по камню. Где-то в инфо великий отец с неодобрением покачал головой, снижая показатели прочности оружия.
Но дело было сделано, враг повалился на каменную землю у перехода из мантии в нижние уровни. Жить ему это, конечно, не помешало, и тварь сразу же поползла в мою сторону, даже не сочтя за нужное пострадать.
Едва удержав в руках неудобное оружие, я поднял его над головой, и опустил на голову ползущему ублюдку круглое лезвие с листьями шипов.
Проверять инвентарь существа я не стал. Судя по словам Кикиморы, «шепот» был чем-то вроде разносящейся по ветру заразы. Не хотел бы я стать таким же уродом.
Двое. Инерция. Как коты использовали инерцию, высокую ловкость и тяжелое оружие?
Да ладно, не может быть все так просто.
Обратившись в зверя, я ускорился — слух и нюх указали на врага задолго, как тот появился в поле зрения. Даже благословленные глаза не способны видеть сквозь камни.