— Он действительно коряв, но, поверь, никто ещё не превзошел его в боевом искусстве. Мигом башку снесет, пикнуть не успеешь.
— Весело живете, — сказал мужчина. Мы ускорились, и Аграхатрис взялся рукой за борт лодки, продолжая как ни в чем ни бывало рассказывать об Атальмейне. Он говорил о своей подводной родине, о том, что придуманы приспособления, благодаря которым люди могут погружаться в пучину и даже разговаривать под водой. Рассказывал о каких-то исторических событиях, и время, что мы провели в петляющих каналах, пролетело незаметно.
Миновав высокую каменную арку, мы зашли в широкий залив, и пришлось Онану встать за штурвал.
— Туда, — направлял рыбидус. — Короче всего будет.
Мы прилипли глазами к берегу. По вымощенным разноцветным камнем улицам разгуливали невиданные создания. И одни из них — котороды. Те самые. Высокие, мощные, длиннохвостые. Были рыси, леопарды и гепарды, манулы, сервалы и оцелоты, и пантеры, и тигры, и львы, и такие удивительные их помеси, что и не разберешь, от кого что досталось. Они ходили на двух ногах совсем как люди и были одеты в замысловатые одежды. Надо всеми возвышались из толпы странные полулюди-полузвери, широкие и мускулистые. Наверное, те самые человекомоги. У них были массивные головы с широкими лбами и ясные большие глаза, клыки, торчащие наружу из-под нижней губы. Длинные волосы, падающие косичками на спину, начинались откуда-то с середины затылка, а весь остальной череп покрывали рисунки вроде татуировок. На ногах и на руках созданий было по шесть пальцев. Шестой палец был с когтем, и он рос рядом с большим. Горгон, к нашему огромному облегчению, мы не увидели, зато людей хватало. Женщины носили красивые одежды из бархата или атласа, расшитые шелковыми нитями и бусинами. Все наряды очень отличались — попадались и пышные юбки, и обычные, с корсетами и без, с рукавами короткими и длинными. Их всех объединяло только наличие вышивки на подоле и дорогие ткани, а также цвета — сочные, сложные, без серости или черноты. Мужчины носили светлые рубахи с широкими рукавами и штаны, похожие на кожаные. Неизменной деталью их облика были ремни с затейливыми пряжками и плотные плащи из какого-то блестящего материала. Этакие латные плащи, но не из металла же они были сделаны!
Мы спустились на пристань, не взяв ничего из вещей. Сначала нужно было прийти в себя.
Я проморгалась и поглядела на Онана.
— Вот это да!
— Да уж, — ответил он. — Офигенное местечко!
— Эй, Бодогр! — позвал Аграхатрис из воды. На его зов в нашу сторону посмотрел один из котородов — осанистый, красивый лев в золотистом одеянии.
— Аграхатрис, — отозвался он, склоняя голову.
— Этим людям нужно срочно попасть к Мурочано.
— Что-то серьёзное случилось?
— Кажется, было нарушено Соглашение, — пробормотал рыбидус, и лев нахмурил золотые брови.
— Идёмте со мной, — сказал он, — я отведу вас во дворец.
Мы, конечно, пошли. В такой разномастной толпе я чувствовала себя очень спокойно, несмотря на присутствие всех этих странных созданий. Дворец был неблизко, и я решила, что добираться мы туда будем пару часов, но Бодогр шагнул внутрь арки, закрытой потоком воды — и исчез. Мы последовали за ним и вышли в другом месте, словно переместились сквозь пространство, даже не замочив головы. Занятно! Я догадалась, что это и есть дворец. Его стены были сделаны из переливчатого радужного стекла, высокие полупрозрачные своды поддерживались колоннами из того самого золотого камня. Мебели почти не было, только скамеечки и маленькие круглые столики из золотистого металла. Зато вокруг стояло много неизвестных цветов в глиняных кадках, и вокруг них порхали крупные разноцветные бабочки. Где-то неподалёку в густых кустах заливалась голосистая птица.
— Прошу вас, — сказал лев.
Мы присели на скамью. Я нервничала, да и остальные, кажется, тоже. И только Онан озирался, широко улыбаясь.
— Местечко хоть куда! — сказал он. — Мне нравится здесь.
Он стал прохаживаться туда-сюда, разглядывая дворец. Кайла, Тот и Игрин молчали. Я встала, когда увидела, что к нам идёт очень высокий полукот-полуягуар в красивом алом одеянии.
— Приветствую! — сказал он. — Меня зовут Мурочано, я верховный котород сообщества Атальмейи. Чем я могу помочь вам, люди?
— Здравствуйте! — ответила я. — Рады с вами познакомиться. Меня зовут Фрэйа, это Онан, Кайла, Тот и Игрин. Последние трое — с острова к северо-востоку отсюда. Несколько десятков лет они систематически подвергаются нападению горгон, но только сейчас получили возможность совершить путешествие за океан.
— Да, это так! — сказала Кайла. — Многие из наших друзей и родных были похищены, а многие убиты. Мы живём, опасаясь прихода ветра, потому что Они приходят с ветром.
— Расскажите, пожалуйста, подробнее, — нахмурился Мурочано.
Я стала рассказывать, и как-то ненароком коснулась темы, что мы с Онаном не из этого мира. Ягуар встрепенулся.
— Подождите, — он оглянулся на Онана, — так вы бродяги? Получается, проход сквозь миры снова открыт? Не может быть! Хвала Мирным водам над головой! Вы! Вы открыли Промежуток! О! — он разволновался, улыбнулся радостно, и глаза загорелись цветными искрами. — Прошу, пойдёмте со мной!
Мы прошли под радужными сводами, миновали длинный коридор, стены которого были украшены фресками, и зашли в просторную красивую залу, заставленную разноцветными кувшинами и стеллажами с множеством книг. Навстречу нам выбежала маленькая золотистая кошечка с красивым пушистым хвостом, но в чёрном наряде, состоящем из куртки с широкими плечами, узких штанов и расшитого золотыми нитями передника. Её талию украшал ремень с пряжкой в виде головы дракона.
— Отец! — сказала она, ловко запрыгнув к Мурочано на руки.
— Абранира! — и он обнял её. — Познакомься с людьми. Это Кайла, Игрин и Тот. А это Онан и Фрэйа — Открывшие путь.
— Ты сказал, что это может случиться, когда нас уже не будет в живых, — ответила она.
— Да. Я заповедал себе надеяться.
— Здравствуйте, — серьёзно сказал кошечка, — приветствую вас во дворце Радуги.
— Здравствуй! — сказала я. Остальные тоже поздоровались.
— Идёмте, мы с супругой и приближёнными выслушаем вас, — сказал Мурочано.
Разговор был недолгим. Узнав о том, что мы путешествуем, котород, кажется, готов был верить любому нашему слову. Я решила непременно узнать, откуда взялось подобное доверие.
— Что же, когда Горгоны прилетят, они ответят за всё, — сказал Мурочано. — Тот город под водой когда-то был городом котородов. Мы издревле не ладили с Горгонами, но потом заключили перемирие. Было постановлено, что ни один из кланов Горгон не посмеет тронуть Человека, иначе их ждёт жестокое наказание и изгнание из сообщества Атальмейн. Теперь нужно разобраться, кто стоит за этим — верховная Ззельварра (предводительница всех кланов), или кто-то ещё. А пока что прошу вас быть моими гостями. Вам отведут комнаты во дворце, и вы сможете когда захотите вернуться сюда. Праздник начнётся вечером, с восходом Луны, тогда Горгоны и появятся. Здесь много занятных мест — во дворце и за его пределами. Думаю, вы успеете в последующие дни всё осмотреть, но пока что не разбредайтесь.
Тут же несколько кошек учтиво проводили нас в комнаты, каждого в отдельную. Невежливо было кидаться к Мурочано с расспросами, и я послушно направилась в отведённые мне покои. Нам принесли поесть разных диковинных плодов, а после я легла на круглую упругую кровать и задумалась. Мне очень хотелось побыть одной, возможно, вспомнить что-то важное. Я лежала напряжённо, даже плечи заболели, потому не сразу поняла, что в мою дверь кто-то вежливо скребется.
— Да?
— Простите, госпожа Фрэйа! Это Абранира! Можно мне войти?
— Конечно! — ответила я, и присела на край кровати. Не хватало валяться перед ней угрюмой и злой.
Кошечка вошла, прикрыла за собой дверь.
— Я вас не разбудила?
— Нет. Я задумалась. В последнее время я сама не своя. Словно эти путешествия стёрли во мне важные воспоминания, — сказала я, невесело ей улыбнувшись.