— Демон, — незамедлительно ответил Дикий. — Меня зовут Ваал. Сомневаюсь, что ты, ничтожество, слышал про меня.
— Изыди, — заорал Борец, срывая рывком крест и сжав его в кулаке, нанося удар в сторону говорившего.
На что Вяземский расхохотался, как ему казалось, демоническим смехом.
— Червь, твоя душа черна, ее ждут муки, твой бог отвернулся от тебя уже давно, и его символ может повредить мне, только если человек действительно верует, а ты не такой. Ты — лицемер, я вижу тебя, навозь. Ты убивал и пытал людей, ты грабил и насиловал. Нет, он не поможет тебе.
— Пощади, — задыхаясь, захрипел Горлов, — я все сделаю.
— Сделаешь, — согласился Вяземский. — Тот, кто отправил меня за тобой, сказал, что у тебя будет шанс.
— Что я должен сделать? — дрожавшим голосом, в котором появилась надежда, спросил зашуганный бандит.
— Завтра ты явишься в полицию и сдашь всех, включая себя. Пой громко, не ври, и ни слова обо мне и моем хозяине, я буду приглядывать за тобой.
— Да, да, я все сделаю.
— Еще ты возместишь ущерб. Переведешь все свои деньги в фонд ветеранов войны «Честь», и, конечно, возместишь уничтоженное. Ты все понял? Причем возмещать можешь начать прямо сейчас.
— Да, да, конечно, вскакивая с кровати и на полусогнутых, бросаясь к стене, где за огромным телевизором и фальшь панелью скрывался сейф. — Все забирай, — вводя код, бормотал Борец себе под нос, — я все отдам, только пощади.
— Сделаешь, как я сказал, пощажу, таково условие хозяина.
Радим снял сокрытие, возникнув у бандита за спиной, и шибанул того параличом. Тот опрокинулся на спину и уставился в потолок, только глаза бегали по сторонам. Жуткая, светящаяся маска, одолженная в магазине, прекрасно скрывала личность. Сотворив руну огня и заставив ее принять символ ада, Радим поднес ее к груди.
— А это, чтобы ты не забыл меня и свою клятву. — Запахло палеными волосами, и прямо поверх каких-то куполов появился ожег в виде козлиной головы. — А теперь спать, — произнес он на ухо парализованному бандиту, и руна сна надолго отправила Борца в небытие. — Посмотрим, что будет утром, — сказал Радим, выгребая из сейфа деньги, какие-то бумаги. Ювелирку он оставил там, где лежала.
Через минуту он был уже у себя дома. Кинув сумку на стол, стянув силиконовую маску, под которой голова жутко потела. Радим посмотрел на свое отражение в зеркале, и то ему подмигнуло. Что сказать? Прошли те времена, когда двойник за стеклом пугал его, еще в начале занятий с рунами подполковник Пряхин показал, как усмирить его, и больше тот, зазеркальный, не возбухал.
Выйдя на балкон, Вяземский прикурил. Он, конечно, воспользовался своими умениями в корыстных целях, что в отделе не одобрялось, но это возмездие, не стоило Борцу трогать его. И не убил же. А если тот побежит каяться и сдаст всех, то в городе станет куда, как спокойней. Нет, Радим ни о чем не жалел. С минуту он смотрел на темное небо, затянутое тучами, полными снега. Надо будет с Ольгой где-нибудь в феврале смотаться через зеркало туда, где тепло, забронировать номер через сайт, выти в каком-нибудь туалете, она-то наверняка невыездная. Но ведь через зеркало не считается. Никто и не узнает. Уехала на неделю к тетке в Саратов, и все норм. А про загар скажет, что в солярии валялась, от нечего делать.
Затушив окурок, Радим вернулся в комнату, решив для себя завтра приобрести электронку и попробовать пересесть на нее, не так воняет соломой, которой набивали сигареты, даже самые дорогие, да и отдышка появилась, и кашель курильщика. Ольга утверждала, что с айкосом ему это все грозить не будет. Усевшись на диван, Радим притянул к себе сумку. Ну что ж, посмотрим, сколько он наварил на этом упыре. Бумаги он отложил в сторону. Вообще непонятно, зачем он их забрал? Ну да ладно, пусть будут, потом мельком проглядит, а пока подсчитаем финансы.
Пачки посыпались на стол, евро в одну сторону, доллары в другую, рубли в третью. Закончив подсчет, Вяземский улыбнулся. На новую машину теперь точно хватит, два миллиона в рублях, тридцать тысяч евро, и сорок тысяч в зеленых президентах, то есть, он вытопил с этого борова десять лямов деревянных наликом. Нормальная цена за старый Ленд Ровер. Сам себе злобный буратина. Не соверши он эту глупость, и дальше бы жил спокойно, Радим про него уже забыл, а эта скотина не простила, что он его послал.
Прибрав деньги в тайник и осознав, что там заканчивается место, Радим дал себе зарок, что после нового года обязательно сходит в зазеркалье и попытается найти мастера, который возьмется сделать из черепа стрижига артефактную маску.