Миссис Салливан ответила мне своей доброй улыбкой и отослала детей прочь. Она поставила на стол коричневый чайник и дешевое песочное печенье в старенькой консервной банке с изображением замка Стерлинг. Потом она уселась за стол и посмотрела на меня так, словно просила, чтобы я задавал ей вопросы. Ну, я и начал спрашивать. А что еще было мне делать?
— Эван говорил, что ваш муж... исчез.
Она кивнула.
— Когда это случилось?
— Чуть больше недели назад, — сказала она. — В позапрошлый вторник он ушел на катере, чтобы поставить партию корзин, ну, знаете, корзин для омаров. Эти корзины так и остались где-то там. А он не вернулся.
— Когда он обычно выходил в море... Это было надолго?
Она пожала плечами. У нее была большая грудь, свободно лежавшая под цветистой тканью рабочего халата.
— День или два. С Джимми ничего заранее не известно.
— Но так долго — никогда?
Она покачала головой.
— На этот раз, перед тем как уйти, он сказал, что вернется не позже, чем через сутки.
Я кивнул и отхлебнул чая. Почему, черт подери, люди полагают, что адвокат может отыскать человека, который, наверное, уже стерт с лица земли кораблекрушением, или подводной лодкой, или волею Божьей. Если он не валяется сейчас под столом в каком-нибудь баре в Глазго. Я принялся объяснять ей это как можно мягче, но она меня прервала:
— Он нашел кое-что.
— Нашел?
Она быстро взглянула на Эвана.
— Джимми всегда смотрит в оба, — кивнул Эван. — Немного помогает мне в моих наблюдениях за чистотой моря. Там ведь плавает разное ненужное барахло вроде нефти, ну, вы сами знаете.
Я откусил кусочек песочного печенья и уставился на кухонную стену с жирными пятнами, что была позади закрученных узлом красных волос Морэг.
— Ну, и что же там было? — спросил я.
— Кажется, какие-то железки. — Она отвела взгляд. — У него загребущие руки насчет всяких железок. Любая мелочь, по его мнению, может пригодиться.
Я посмотрел на Эвана.
— А вам он ничего не говорил?
Глаза Эвана еще сильнее сощурились.
— Ничегошеньки, — ответил он.
— Джимми всегда так, — сказала Морэг. — Просто выпил свой чай достал приманку из сарая и пошел на катер. И это был последний раз, когда мы его видели.
Ее самообладание иссякало. Слезы скатывались по давно проторенным желобкам. Эван посмотрел на меня. Имелось в виду, что я должен еще и еще задавать свои вопросы. Я спросил:
— Не случилось ли перед тем чего-нибудь необычного?
Она нахмурилась.
— Да. В тот понедельник приезжал Дональд. Гости здесь бывают редко. У них там произошла страшная драка. Дональд орал...
— Насчет чего? — спросил Эван.
— Ну ты же знаешь Дональда, — сказала она. — Джимми вытащил что-то из моря, и Дональд явился, чтобы предложить ему за это какую-то цену. Может быть, цена оказалась не такой, я не знаю. Но Дональд ушел ни с чем.
— А какого рода вещью это могло быть? — спросил я.
— Здесь можно выловить все что угодно, — сказал Эван. — В прошлом году он раздобыл семьдесят тонн распиленных дубовых досок с судна с лесоматериалами. А в другой раз выловил тридцать бочек дизельного топлива, а это побольше тысячи фунтов стерлингов.
— Они, должно быть, в сарае, — сказала Морэг.
Мы вышли из дома и двинулись через заросли бурьяна. Просторный сарай был сложен из бетонных блоков. У него были двойные двери и огромный навесной замок. Морэг отперла двери.
— Музей, — сказала она.
Темное, лишенное окон помещение сарая было забито до самой крыши находками, выловленными из моря: сплавной лес, корзинки для ловли омаров, деревянные гребные лодки с пробоинами самых разных цветов, полные и порожние.
— Солидная коллекция, — заметил Эван.
Я разглядывал эти разноцветные бочки и чувствовал, что у меня голова идет кругом.
— Есть здесь что-нибудь, вам незнакомое? — спросил я Морэг.
— Я не заходила сюда очень давно, — сказала она.
Я кивнул так многозначительно, как только мог. Мы вышли из сарая, и она снова заперла дверь на замок.
— Пора отправляться, — объявил Эван.
Его большая рука нырнула в карман просторных джинсов. Он отвернулся от меня, но я успел заметить промелькнувшие бледно-коричневые банкноты. Довольно плотная стопка банкнот в десять фунтов. Я услышал, как Эван что-то шепчет на ухо Морэг. Она взяла эту стопку, отвернулась, и красные пряди волос укрыли ее лицо.
— Мы сделаем все, что сможем, — пообещал Эван. — Правда, Гарри?
— Конечно, — подтвердил я.
Морэг проводила нас до кромки берега. Ей словно бы очень не хотелось нас отпускать.