– Я не настаиваю, – Глебыч приятно порозовел. – Это была не попойка, а просто застолье. Военное. А если бы «УАЗ» остался здесь – это факт… Да и артиллеристы рядом. Им бы тоже досталось. А если бы их склад зацепило… Гхм-кхм…
Вскоре вернулась Лиза. Да, точно – пассивный маяк. Идентичный нашим. Может, в одной мастерской делали.
– «Нашим»? – зачем-то прицепился к слову Иванов. – У нас их несколько?
– Три штуки, – доложила Лиза. – И что?
– Ага… – Иванов перевел взгляд на Глебыча.
– Что? – обеспокоился Глебыч. – Что такое?
– Глебыч… а он некоторое время сзади тебя стоял? – уточнил Иванов. – Он тебе ствол в затылок наставил… А?
– Стоял, – кивнул Глебыч. – И что?
– Заголяйся, Глебыч, – буркнул догадливый Петрушин. – Быстро!
– Ну, блин… – Глебыч рывком стащил с себя бушлат и бросил его на скамейку. – Вы что, думаете, у него с собой целая коллекция?
– Давай, давай, – Петрушин принялся придирчиво осматривать бушлат. – Все снимай.
– Тут дама, – напомнил Глебыч, расстегивая куртку. – Может…
– Дама – свой человек, – отмахнулась Лиза. – И совсем все не надо – ты же там не голый был. Надо проверить то, что сверху было надето. Времени было мало, в штаны он не лазил… Или лазил?
– Ну ты скажешь тоже! – возмутился Глебыч, все-таки стаскивая штаны. – Смотрите, щупайте…
Осмотрели, прощупали – ничего. Глебыч опять оделся и теперь выглядел несколько обиженно. Не дали в полной мере насладиться радостью вовлечения всей команды в круг обманутых идиотов. Малость подпортили напоследок всю прелесть ощущений…
– Это просто психоз, – высказался я. – Одно дело – к железяке прилепить, другое – к живому человеку. И потом, кто сказал, что у него несколько таких маяков? Насколько я понимаю, это штука несколько продвинутая, дорогостоящая… Так, Лиза?
– Да, дорогая, – подтвердила Лиза. – Но мы в курсе, что этот тип не жалеет денег на свои забавы. Так что…
– Ладно, давайте обедать, – завершил полемику Иванов. – Сделаем вывод: спасибо Глебычу. Мы все живы и нашли маяк. Это уже что-то… И попрошу: никому – ни слова. Надо объяснять, почему?
Объяснения по данному пункту не требовались. Каждый прекрасно понимал: остальным товарищам совсем не обязательно знать, что нас опять обвели вокруг пальца. И что это из-за нас в парке инженеров случилось все это безобразие. Хорошо еще, обошлось без жертв…
В течение дня Иванов вынашивал очередную идею, к ужину она у него оформилась в нечто продуктивное и была вполне готова к тому, чтобы стать достоянием всех членов команды.
Вот идея. Если у нас три одинаковых маяка… почему бы не предположить, что у Шаха – пара? Или даже тройка? Товарищ обеспеченный, может себе позволить такую роскошь. Вещь полезная, в хозяйстве всегда пригодится…
– Судя по всему, этот товарищ – человек не глупый, – заметил Серега. – Если он рискнул поставить нам маяк, значит…
– А он не рисковал, – покачала головой Лиза. – Маяк должен был расплавиться. При такой температуре – испарился бы практически без следа.
Да, это так – я смотрел, там не особо толстые железяки насквозь прогорели, до дыр. Короче, очень тепло там было, непонятно, почему сохранился этот маяк…
– Глебыч, почему маяк сохранился? – спросил Серега.
Глебыч выспался и был в отличном расположении духа. И не без оснований. Всех подряд спас, к тому же приятная новость грела душу: не один он доверчивый идиот, остальные – такие же…
– Да просто заряд хорошо лег. Видимо, совсем близко. Ну и шибануло тот бампер метров за сто. Сами видели – он на скрученную лапшу похож. А вообще, конечно, сгорел бы без остатка… Короче, повезло.
– Угу… Нам вообще везет, – беспристрастно заключила Лиза. – Не подумайте, что я в панике… Но мне почему-то кажется, что мы впервые связались с таким смертоносным типом. Судите сами: Глебыч, полковник и Костя должны были умереть еще вчера утром, в том джипе. Но там же был Глебыч… А если бы Глебыч не уехал на «УАЗе» к инженерам…
– В общем, кругом – Глебыч, – Вася похлопал сапера по плечу. – Самый лучший в мире Карлсон! Который живет в первом модуле команды номер девять! Нет, кроме шуток…
– Мы можем вычислить частоту этого маяка? – вернулся к проблеме Иванов.
– Уже, – кивнула Лиза.
– ???!!!
– Два часа, пятнадцать минут, – подтвердила Лиза.
– Это как? – удивился Вася.
– Да просто все, – Лиза пожала плечами. – Направила излучатель на маяк и два часа крутила ручку. На три тысячи семьсот двадцать восьмом делении получила обратный сигнал. Зафиксировала. В общем, есть частота.
– Получается, хваленая недетектируемость этого маяка – миф? – слегка даже расстроился Иванов. – И когда в тот раз мы «заряжали» Костю, то шли на риск?
– Получается, – Лиза загадочно улыбнулась. – Но при определенных условиях. Если ты знаешь диапазон, сидишь напротив маяка, в полуметре от него и у тебя есть два часа свободного времени… А в обычных условиях результат будет практически равен нулю. Разве что случайно можно напороться…
– Ну, это уже лучше, – успокоился Иванов. – Итак, если предположение насчет наличия у Шаха запасного маяка или даже пары – верно, у нас есть некоторые шансы… Как вам идея?
– В теории идея хороша, – похвалил Серега. – Но на практике… Зона действия сигнала – полтора километра. Это очень мало. Это надо примерно через два километра, квадратно-гнездовым методом, выставить по человечку со специальным прибором. Сколько это у нас выходит?
– Если только Надтеречный и пол-Грозненского охватить – минимум две дивизии, – быстро посчитал Вася.
– Нереально, – покачал головой Серега. – Совсем нереально… И не факт, что он таскает их с собой.
– Я держу свои в кашээмке не потому, что лень таскать, – верно ухватила суть предположения Лиза. – Я вообще все свое там храню. Потому что у нас тут все охраняется, надежно и безопасно. А Шах ведет кочевую жизнь, наверняка никому не доверяет… В общем, все самое ценное должен носить с собой. Или это должен таскать тот его человек, который является специалистом по данному профилю. Если мы принимаем версию, что был радиоуправляемый мотопланер, такой специалист у него должен быть обязательно.
– Знать бы, где сейчас этот специалист, – вздохнул Вася. – Хотя бы приблизительно.
– Вот в этот вопрос все и упирается, – подытожил Иванов. – Нам нужно хорошенько поразмыслить и вывести несколько вариантов… Что в ближайшее время может планировать Шах, и, как следствие, где он может находиться. Если угадаем хотя бы один из десяти, с погрешностью в полтора километра…
– Да, это уже будет сало, – поддержал Петрушин. – У нас есть Глебыч – анти-Шах, он думает, как этот гад. Верно, Костя?
– В принципе, методика правильная, – кивнул я. – Чтобы поймать маньяка, нужен другой маньяк…
– Это кто – маньяк? – покосился на меня Глебыч.
– Это присказка такая, – успокоил я коллегу. – Скажи нам, анти-Шах, что бы ты сделал сейчас в первую очередь? Куда бы направил свои стопы?
– Я бы ошивался где-нибудь у Чернокозово, – доверительно сообщил Глебыч.
– Не понял… – обескураженно протянул Иванов. – И с чего бы ты там ошивался?
– Проводил бы рекогносцировку, – Глебыч благодушно хмыкнул и почесал щетинистый подбородок. – Чтобы вытащить оттуда Сулеймана.
Реакция на столь странное заявление была однозначной. Вася с Петрушиным переглянулись и дружно крякнули – не одобрили. Серега озадаченно посмотрел на сапера и пробормотал: «Ну-ну…», а Лиза приложила ко лбу «анти-Шаха» ладошку.
– Не шипит, – констатировала она.
– Так… Так-так… – Иванов был готов к полемике – на стадии разработки комбинации он всегда старается максимально использовать коллективное мнение, хотя конечное решение всегда принимает самостоятельно, – Ну, давай, рассмотрим… Сразу определимся по исходным условиям. Объект повышенной категории охраны. Там все очень серьезно. Я даже не представляю, как там можно… Шах у нас не сумасшедший?