Ликвидировали там несколько больших людей противника. Я изучал статистику за последние два года, люди Сулеймана предоставили мне всю доступную информацию.
В общем, не будем эту статистику перелистывать попусту, просто согласимся с фактом: федералы далеко не дураки, они хорошо себя охраняют и имеют немалый опыт в предотвращении терактов. Как с ними в этом случае работать?
Федералы не живут в вакууме, они сотрудничают с администрацией и контактируют с местным населением. Надо просто потратить несколько дней и понаблюдать за намеченным объектом, изучать закономерности. Закономерности — лучший подарок для диверсанта.
Возле КПП, снаружи, есть небольшой придорожный базар. «Держит» его, как и многие другие торговые точки, Аликпер Кадырбеков. Это сын самого Кадырбекова, его правая рука, занимается всякими щекотливыми вопросами, от которых отец официально старается отмежеваться.
Каждое утро, после того, как федералы заканчивают разведку подконтрольных трасс, к этому базарчику из города подъезжает фургон «Газель» с товаром.
Владелец «Газели» — Рашид Бабаев, человек Аликпера. Его все знают, он постоянно тут катается, и машину не досматривают. Проезжая через КПП, он делает омоновцам маленький подарок: упаковку пива, блок «любовь мента» (сигареты «LM») и несколько батончиков, типа «сникерс». Омоновцы подарки любят и к Рашиду относятся хорошо. Не будь подарков, и не посмотрели бы, что человек Аликпера, каждый день потрошили бы его коробки.
Да, федералы охраняют себя хорошо. Но тех, с кем контактируют, они охранять не могут. У дома каждого местного, лояльного режиму, пост ведь не поставишь. Да и нет необходимости. Этот Рашид ни кому плохо не делает, у моджахедов нет причин желать его смерти.
Рашид живёт на Сайханова, это в Октябрьском районе, ближе к южной окраине.
Его тейп ютится в почти целом трёхэтажном доме на двенадцать квартир, а рядом располагается автомобильный бокс — там раньше спецавтохозяйство было, по простому ассенизаторы. Этот бокс Рашид забрал себе и оборудовал в нём гараж.
Никто против слова не сказал, все знают, чей человек. В гараже стоят три машины: вот эта «газель», «таблетка» — тоже под перевозки, и новенькая красная «99», совсем недавно во Владике угнали (не путайте с Владивостоком, здесь так называют Владикавказ).
На бокс Рашид поставил нехитрую сигнализацию (датчики на размыкание), а ночью запускает туда двух овчарок. Считает, что таким образом обезопасил себя от всех превратностей судьбы. Дом совсем рядом, в тейпе несколько здоровых мужчин с оружием — сигнализация запиликает, собаки начнут непрошеных гостей рвать — сразу всё будет слышно.
Напрасно он так считает... Собакам под дверь сунули кусок мяса, начинённый обычными «транками», какие каждый может в аптеке купить. Подождали минут двадцать, пока они словили конкретный кайф. Псы даже не заснули, просто впали в прострацию, валялись на спине и зубы скалили — через три часа опять очухаются.
Потом тихо вскрыли замок, обошли датчики при помощи пары проводов, вообще никакого оборудования не понадобилось.
Я всегда с усмешкой относился к лихим кинобоевикам, в которых персонажи совершают чудеса мужества и героизма. Нохчи — сентиментальные люди, они тоже о своих моджахедах сочиняют сказки, делают из них былинных героев. Это всё красивое враньё, не более. Сколько занимаюсь своим делом, всегда знаю: любая акция — это прежде всего тщательное наблюдение и кропотливая работа, которая требует безграничного терпения и аккуратности. Никакого героизма. Он тут просто противопоказан.
В эту ночную прогулку со мной был мой личный механик — пузатенький узбек Анвар, который и стрелять-то толком не умеет, да два диверсанта для прикрытия и переноски груза. Диверсанты вообще в бокс не заходили, сидели на улице, за подступами смотрели. Мы с механиком тихо зашли и за полчаса «зарядили» бензобак «газели». Теперь там десять килограммов пластита под слоем герметика и радио взрыватель. Рашид может сунуть в бак щуп — под горловиной пусто, ничего не заметит. Потом мы так же аккуратно всё закрыли и ушли. Вот и вся работа.
До утра не спали, соорудили десять «сюрпризов». Тоже никаких новшеств: килограмм пластита, два кило поражающего элемента в виде гаек, болтов и рубленых гвоздей, радиовзрыватель, всё это расфасовано плоским блинчиком и запаяно в кусок автомобильной камеры. Вымазать камеру в грязи и бросить на обочине — пока вплотную не подойдёшь, не заметишь. Самая дорогая составляющая здесь — радиовзрыватель. Это, по сути, портативная рация с выставленной частотой, которая в нужный момент примет сигнал с моего передатчика. Они здесь обычно делают так: ВУ (взрывное устройство) — две «мотороллы». Для простого моджахеда десять таких устройств не потянуть — это хорошие деньги. А я могу себе позволить и это, и даже на порядок больше, если понадобится. Приятно работать, когда заказчик не скупится и щедро финансирует все твои запросы.