— Не торопись!
Аюб взмахом руки остановил Аскера — Салман шевельнулся и положил руку на кобуру с пистолетом. Вот даже как? Мы теперь под арестом?
Аскер внимательно смотрел на меня — ни один мускул на его лице не дрогнул.
Ждал команды, верный пёс. Нет, не будет команды, нам нужно всё решить миром.
— Зачем тебе сумка? — спросил Аюб, сверля меня взглядом.
— Хорошо, что я не у тебя в гостях, — ровным голосом сказал я. — Мы оба — гости этого дома и можем вести себя, как равные. Не знаю только, как мы после этого будем с тобой общаться...
— Если мы всё выясним, в конце этого разговора я принесу тебе свои извинения, — не моргнув глазом заявил Аюб. — Но мы знаем, что ты мастер на все руки... и не знаем, что у тебя в сумке. Зачем тебе сумка?
— Фотографии, — пояснил я. — Я показывал Сулейману фотографии одного человека. Теперь хотел показать тебе. Только и всего.
— У меня есть эти фотки, — Салман достал из кармана конверт и протянул Аюбу. — Мы их размножили, Сулейман сказал, что будет искать этого человека.
— Я видел этого типа, — заявил Аюб, посмотрев фото.
— Где?
— В машине, рядом с Сулейманом. Он за рулём сидел...
Ну вот, всё сходится. Мог бы, в принципе, и раньше додуматься, не доводить дело до конфликта. Теперь уточнить последнюю деталь и увязать всё это с троицей в лохматом камуфляже... Такой же «лохматой» троицей, как и у брода...
— Это их доктор, — добавил Аюб.
— Доктор?! Странно... Почему ты так решил?
— Да доктор, точно... ну, у него халат торчал. И рожа как раз докторская. Дебильная такая. Чмошник, короче. Не понял только, зачем вы его искать собирались?
— А двоих других ты раньше не видел? — уточнил я.
— Видел, — в глазах Аюба появились искорки заинтересованности. — Ты откуда знаешь?
— Я не знаю, — покачал я головой. — Просто хочу кое-что уточнить... Ты где их видел?
— Это они приезжали ко мне в СИЗО, — объяснил Аюб. — Насчёт обмена договариваться. Но я видел их ещё раньше... Гхм...
Аюб вдруг слегка смутился — я не понял, почему.
— Ну, это не по теме. Это совсем другой расклад.
— Понятно... А условия обмена они тебе не говорили?
— Они с Сулейманом лично об этом договаривались. Мне ничего не сказали. Слушай, а мы о том говорим, вообще? Скажи, как всё это относится к нашей ситуации?
— Скажу. — Я собрался с мыслями, чтобы высказаться как можно лаконичнее и точнее:
— Значит, дело такое. Этот доктор — он не медик. Он точно доктор, но в другой области. Такой же специалист, как я. Может, даже лучше. И ты напрасно обозвал тех, двоих, чмошниками. Если они вместе, то, скорее всего, тоже мастера, но в других областях.
— С чего ты взял? — удивился Аюб.
— Ты Лечи хорошо знал? — вместо ответа спросил я.
— Лечи со мной работал, — кивнул Аюб. — Отличный боец. Умный. Хитрый. Ненамного хуже меня. И что?
— Его эти люди взяли. А троих, которые с ним были, убили на месте. И двоих моих сапёров, которые там работали — тоже. Это у брода было, третьего марта.
Наших было шестеро, все вооружены и готовы сражаться... Но их убили за две секунды, а Лечи взяли в плен. Там был Глебыч и трое в лохматом камуфляже. И ещё кое-кто, на записи они не получились. Теперь я точно знаю, что это одна команда.
— Глебыч? Это кто такой?
— Это тот самый «доктор»...
Я коротко рассказал о Глебыче. Потом сообщил об условиях обмена, внимательно глядя на Аюба. Судя по реакции, он ничего не знал о требованиях вражеской стороны. Для Салмана это тоже было новостью.
— Слушай, а Сулейман сказал, что они хотят бабки. И он будет их разводить на твоих бомбах...
— Устройствах, — поправил Аюб. — Это называется устройство.
Молодец, Аюб. Соображает в инженерном деле, Да и как не соображать — когда взрываешь Дом правительства и готовишь шахидов, поневоле приходится постигать хотя бы азы. Сулейман тоже молодец. Конспирацию развёл — никто ничего не знает!
— В общем, так, — я решил подвести итог непростой беседы. — Давай прямо, начистоту. Я тебя прекрасно понимаю, обиды не держу. Мои люди — тоже...
Тут я выразительно посмотрел на Аскера и Курбана. Они кивнули, но видно было, что не согласны с моими словами.
— ...Теперь понятно, что это команда специалистов. Возможно, сборная, для разового применения. Они охотятся конкретно за моей головой. Сулейман решил с ними поиграть и попал в плен. Фактически — из-за меня. Теперь ты, если считаешь меня в этом виноватым, можешь убить меня. Всё, я сказал...
На некоторое время воцарилось молчание. Аюб думал, с каким-то детским любопытством рассматривая фотографии Глебыча. Интересно, что он сейчас думает?