– Нельзя его по лбу, – вздохнула я.
– Это почему вдруг?
– Я не разрешаю. Он мой родственник.
– Я тоже твой родственник! – возмутился сэнсэй.
– Правильно, – согласилась я. – И вас нельзя по лбу. Я не разрешаю. А вот ногой по голове вас – можно.
– А его нельзя даже по лбу?
– Нельзя.
– Почему?
– А там зреет мысль, – сказала я серьезно, – а вы можете ее выбить.
Ректор прыснул и засмеялся, захохотал сэнсэй, я улыбнулась.
Мне стало легче, такое бессовестное чувство возникает, когда часть проблем скинешь на другие плечи.
28
После утренней разминки пошли с сэнсэем на завтрак, он смотрел на меня, чему-то радуясь. А радоваться нечему, я тоже утром посмотрела на себя в зеркало. Кажется, опять подросла. Скоро его догоню по росту.
Мелькнули белые волосы – к нам подошел Дарр, а я вдруг поняла, он похож на Хворостовского. Сел рядом:
– Не против?
– Добрый день, Дарр, ты как себя чувствуешь после бокса?
– Тебе уж рассказали? Все нормально. Посмотрим, как дальше получится, сейчас отряд формируется, с дознавателями и стражами.
– Возьмите меня, с собачкой, – загорелся сэнсэй.
– А зачем собачка?
– Пригодится, опытная собачка, побегу-ка я к ректору.
И он просто исчез с места, маги могут позавидовать.
– Лера, надеюсь, ты не понесешься следом?
– Нет, пожалуй, не понесусь пока. А вот позже – все может быть.
Я подарила Дарру очередную бегалку, вчера сделала. Спустились вниз, пробежала, показала, как и что. Он смеялся, забрал с удовольствием. Сегодня себе все-таки сделаю. Первый урок как раз артефакты, и я со своей группой. Если магистр Шон позволит, на занятиях и сделаю.
Магистр не просто позволил, а пришел с моим опытным образцом, самым первым. Показал его, вышли всей группой, он пробежался сам. И всей группой мы сделали десяток бегалок, я улыбалась. В конце занятия он сказал, что мне поставил зачет, так это мой артефакт, как автору. И бегалки все он проверит, и передаст в группу экстренного реагирования. А мне, ту, которую я сделала сейчас, разрешил оставить.
Все острили, придумывали варианты, когда и как может пригодиться бегалка. Аза сказала, что я потеряла улыбку и нашла, она очень этому рада.
У меня опять изменилось расписание. Как я не просила, порталы мне не поставили, магистр Андрис вообще заявил, а не хочу ли я, обучаясь на подготовительном отделении, заодно и окончить Академию, а? Я застыдилась, он довольно хмыкнул. Спросила, сколько у меня муе-шек, оказалось, немного, двадцать восемь. Для порталов это очень мало, а вот через пару лет, вполне возможно. Как и для практической левитации.
Зато на травоведение мы проходили яды, готовили зелья по несколько штук в день. Учились на глаз определять, какие яды нам показывают, готовили противоядия. К ядам у меня был свой счет.
И пришлось готовиться к тем предметам, которые мы обязаны сдавать, выпускные экзамены подготовительного отделения близились, оставался один месяц. Экзамены несложные: история народов Содружества, история Элании, история Академии, основы целительства, травы и зелья, магическая защита магов, физическая, ну и бытовая магия.
Я еще раз просмотрела все кристаллы по историям и расстроилась, пятнадцать лет мне в сентябре, возьмут с шестнадцати в лучшем случае. Еще один год повторять то же самое? Индивидуально со мной занимались по усложненной программе, причем по профильным предметам. Поговорить ни с кем я не могла, тут же все становилась известно магистру Андрису. Наверное, совсем ребячество, но меня обижало.
Добавила сомнений мне Аза. Подошла, посмотрела снизу вверх:
– Лер, ты куда растешь?
– Не знаю, Азочка, не знаю.
– И учишь ты больше всех. А скажи, тебя возьмут в Академию?
– Не знаю. По возрасту, ректор говорил, нельзя.
– Лер, а ведь Академия не одна в Элании, я знаю. И мне кажется, там могут и раньше взять.
– А кто будет платить? Здесь с сэнсэя вычитают, а на работу в пятнадцать точно не возьмут.
– Давай, я выясню у кого-нибудь, где берут с пятнадцати. Но ты такая высокая, лет на восемнадцать.
– Аза, сразу поймут, что для меня выясняешь.
– Лер, а я скажу, для племянницы. Леру не берут с пятнадцати, а племяннице все равно, где учиться. Берут ли где? Вот так, примерно.
-– Аза, и отправят в школу магии, начальную. Даже не спрашивай. Хотя жаль, что нет справочников по всем Академиям.
Сама я решила поговорить с Дарром, может, там возьмут на один год, неужели все предметы только на драконов рассчитаны? И сколько это стоит, смогу ли у них подрабатывать. И даже если у них подготовительное отделение, тоже интересно. Явно там совершенно другая программа. В принципе, возможный вариант.
Дарр появился у нас в комнатах через неделю, новостей от экстренной группы еще нет, сэнсэя с группой ректор не отпустил, сказал, летом – пожалуйста, а сейчас заканчивается учебный год.
Дарр послушал меня и засмеялся:
– Лера, подготовительного отделения у нас нет. Сразу Академия. У нас даже школ, как у вас, нет. До оборота – домашнее обучение. Ипостасей обычно две, это человеческая и еще какая-нибудь, чаще водная. Как только дракончик первый раз обернулся человеком, его берут в Академию. И там, в Академии, первый год драконы обучаются человеческому поведению, правильно ходить, удерживая другой центр тяжести, манерам, говорить вслух, а не ментально. Как ты думаешь, насколько познавательно это будет для тебя лично?
Пришел сэнсэй, понял суть разговора, тоже развеселился. Все-таки с Дарром мы договорились, что он возьмет меня к отцу. Сэнсэй ушел к Штирлицу, а лицо такое хитрое-хитрое. Мы сели пить чай, и я сказала Дарру, смотри, что такое быть под колпаком у Штирлица, можешь считать вслух. Объяснила, поставила еще три кружки.
На счет сто портал замерцал, в комнатах возникли магистры Андрис и Рональд. Ректор посмотрел на стол:
– Андрис, а мы с тобой предсказуемы.
– Да, может, отменим сюрприз?
– Думаешь? Хорошо. А куда мы его поставим?
– А рядом с палатами. Представь, болезным как хорошо, и адептов с некоторых отделений можно смело наказывать, отработки, то, се…
У них блестели глазки, оба очень довольные, а это подозрительно. Я молчала, не спрашивала, а им очень не терпелось мне ответить на незаданный вопрос – что за сюрприз.
Не выдержал Дарр:
– Если вы не покажете сюрприз, я вас брошу! Уйду навсегда в свою Драконию.
Вообще, мир назывался иначе, координаты Дарр не спешил всем давать, а повторить название никто не смог, в слове подряд два раза по четыре согласных звука. Я не смогла произнести, даже читая по бумажке. Дарр ухмылялся. На пятой попытке я обозвала мир Драконией, и теперь в разговорах между собой мы его так и называем..
– Ладно-ладно, – пригрозил Дарр, – придется у вас в головушках посмотреть, что там за сюрприз!
Магистры сделали вид, что очень испугались, замерцал портал, и в комнатах появился с простой гитарой в руках Никита!
– Никита! Это ты?
– Лера! Ты так изменилась, совсем взрослая! Даже подросла. Лера, а теперь главное!
Магистры торжественно вышли, дверь в комнаты распахнулась, я ахнула, магистры вкатили рояль! Самый настоящий рояль! Следом заглядывали смеющиеся Ксения, Варвара с мальчиком, Санечка, зашел гордо сэнсэй.
Боже, настоящий рояль! Никита рассказывал, как его искали, как он осматривал варианты, в результате его откуда-то выписали, они помогали разгружать, никому не доверяя.
Я ходила вокруг рояля, гладила, он как шелковый. Мы с Никитой переглянулись, одновременно подошли к крышке и бережно открыли.
– Никита, ты первый! Я уже все забыла!
– Нет, ты первая – шепотом сказал он.
– Никита, давай!
– Нет, Лера, клади руки!
– Никит, вместе давай. Я боюсь. Что-нибудь простое, чтобы это...
– Лера, гаммы, гаммы.
Я села, положила руки, гаммы, руки-крюки, а если бы не постоянные занятия магией, плетениями, играть, после любого перерыва просто не смогла бы. Разыгралась, успокоилась. Подняла голову.