— Квартира была большая, роскошная, в ней недавно сделали евроремонт, просторная передняя перетекала в комнату, видно, стенку снесли. Пол был выложен красивой мраморной плиткой… Глеб тихонько позвал:
— Мариша! Мариночка!
— Никто ему не ответил. Тогда он решительно распахнул дверь одной комнаты. Никого. Второй. Никого. На кухне тоже никого не было.
— Тогда Глеб рванул еще одну дверь, но она не поддалась. Дверь была заперта.
— Эй, есть там кто? — крикнул Глеб.
— Ответа не было.
— Инструменты! Погляди на кухне!
— Петька ринулся на кухню. Глеб выскочил на лоджию и вскоре вернулся, держа в руках топор, и с остервенением принялся рубить дверь.
— Подождите! — крикнул Петька, отобрал у Глеба топор, отстранил его и попытался топором отжать дверь. Ему это удалось.
— Господи!
— На полу очень просторной ванной комнаты лежала Марина. Она была без сознания. От ее левой ноги тянулась довольно толстая цепь, прикованная к металлической вешалке для полотенец. Цепь была длинная, так что девушка могла дотянуться до крана и дойти до унитаза.
— Глеб упал на колени и схватил руку девушки, пощупал пульс.
— Жива! — крикнул он.
— Может, «Скорую» вызвать? — пролепетал Петька.
— Нет! Я попробую сам, а ты беги вниз, возьми в машине инструменты в багажнике.
— Когда через несколько минут Петька вернулся, он застал ту же картину — Марина лежала на полу, а Глеб стоял возле нее на коленях. Но теперь девушка лежала не на голом кафельном полу, а на пышном ватном одеяле. Она по-прежнему была без сознания.
— Принес?
— Ага.
— Давай сюда!
— Я сам! Я умею!
— Петька осмотрел браслет на ноге девушки.
— Эх, ключ бы, — вздохнул он и принялся рыться в ящике с инструментами.
— Погоди, а может, тут есть ключ? — Глеб протянул ему связку ключей, полученную от Миши. — Вот этот вроде подойдет!
— Петька попробовал, и ключ действительно подошел. Он с облегчением вздохнул. По крайней мере не придется причинять девушке лишних мучений, хоть она и не приходит в себя.
— Господи, до чего они ее довели, гляди, как отощала… — с болью в голосе говорил Глеб. — Как бы нам ее в чувство привести…
— Нашатырь надо…
— Точно! — Глеб вскочил и подошел к аптечке, висевшей на стене роскошной ванной. — Есть! Нашел! Везет нам, браток, ох везет!
— Он поднес пузырек к носу Марины. Ноздри ее задрожали, она застонала и открыла глаза.
— Слава богу! Маришенька, это я, Глеб! Ты меня не узнаешь?
— Казалось, она его не узнала. Выражение ее глаз было странным, каким-то отсутствующим, словно она уже побывала на том свете.
— Глеб поднял ее, на руках отнес в спальню, положил на кровать и открыл окно.
— Ее надо покормить, но только очень осторожно, иначе она может умереть, — сказал Петька.
— Здесь, сдается мне, ничего нет.
— Петька бросился на кухню. И через минуту вернулся.
— Есть чай и сахар. Может, сладкого чаю?
— Давай, полчашечки ей не повредит! Заварить-то сумеешь?
— Как-нибудь, — оскорбился Петька.
— Глеб, осторожно поддерживая голову девушки, поднес к ее губам чашку горячего чаю.
— Вот, Маришенька, выпей глоточек, так, умница, еще. Пьет! Петька, пьет!
— Однако глаза девушки все еще были бессмысленными. Она никого не узнавала.
— Ей врач нужен, — сказал Петька. — А вдруг она сошла с ума?
— Сошла с ума? — ужаснулся Глеб. — Но ты ж понимаешь, браток, нам лучше обойтись без врача, «Скорая» запросто может вызвать милицию. А это нам со всем ни к чему.
— Я сейчас позвоню Веронике. Она что-нибудь придумает!
— Правильно! — обрадовался Глеб. — Только звони по сотовому, а то вдруг они здешний телефон прослушивают.
— Вероника Леопольдовна по-прежнему была у бабушек.
— Нашли? — выдохнула она.
— Нашли, только она… никого не узнает, и потом, она голодная… Мы дали ей немножко сладкого чаю! Но ей нужен врач, а «Скорую» сюда вызывать…
— Понимаю, нельзя. Вот что, молодые люди, везите-ка вы ее ко мне, а я позову врача, своего друга, он ее осмотрит. И не теряйте времени!
— Через пять минут Марина уже лежала на заднем сиденье машины. Глеб гнал как безумный, и вскоре они уже подкатили к подъезду. Вероника Леопольдовна ждала их внизу.
— Несите ее, врач будет минут через двадцать. Боже, что они с ней сделали!