И сейчас она была готова действовать. Ровно через три недели наступит годовщина смерти ее старшего сына. В этот день они с Дорианом поедут на кладбище, а потом в их старый роскошный особняк, в котором когда-то Марта жила с мужем и пятью мальчиками. По устоявшейся традиции, они будут там несколько дней, минимум гласности и охраны. Часть из которой уже работала на Марту. Она могла бы убить сына и без Зеда с Роном. Но Марта хотела не просто смерти. Она хотела мести. Поэтому впустить в дом Зеда, и позволить ему убить Дориана, было как нож в спину. А так же Рон – верный пес, которому Дориан доверяет больше остальных, станет хорошим последним ударом от матери сыну. Ничего сложного. Никакого сопротивления. Просто и быстро.
Но Зедекиа прекрасно знал, что даже самый продуманный план может пойти под откос в любой момент. А этот тем более. Но другой им вряд ли представится. И было очевидно, что когда с Дорианом будет покончено, Марта не позволит им просто уйти.
Зед устал. Он шел к цели так долго, но чтобы он не предпринимал, это не приводило ни к чему. Все было похоже на топтание на месте. Он попытался вспомнить то чувство и состояние, когда только жажда мести занимала его разум. «Жажда». Разве это была жажда? Зедекиа мог быть достаточно честен с собой, чтобы признать, жажда – это что-то нестерпимое, изнуряющее тебя, не дающее дышать. Жажда мести – это когда твой разум горит от желания, это страсть, которая заставляет кипеть твою кровь. А его состояние было похоже на застывшую землю. Твердое намерение, но холодное. Иногда размытое и неясное, словно после многодневного дождя, грязь, которую не отмыть, она липкой холодной жижей обволакивала его. А иногда это была высушенная земля, покрытая сухой пылью, которая попадает в глаза, не дает дышать, забивая легкие. Вся в трещинах, заглянув в которые можно увидеть тьму.
Он был остывшим, без страсти, без желаний. Он много раз заставлял себя вспоминать, боясь, что даже месть перестанет иметь значение. Так разве это «жажда»? Нет. Это просто способ найти причину жить. Оправдать каждый свой день здесь, в то время как твоя семья там, куда ему никогда не добраться.
Сейчас же Зед не понимал, что он должен делать сейчас. Что он делает в этой мексиканской пустыне, вместе с человеком, который избивал его не так давно. Который, без сожаления, убивал людей, позволял насиловать женщин. Люк Маккини Он такой же, как и Зедекиа Томас Сандерс.
Искалеченный, измученный, потерявшийся. И они вместе в той игре, которую играют не они.
Но они должны были решать сейчас. Уже наступил вечер, время бежало слишком стремительно. Жара была такой же, как и днем, только более густая и тяжелая. Скоро стемнеет, а потом наступит непроглядная тьма. Хижина была слишком мала, для четырех человек. Лучше было бы отправиться в какой-нибудь отель. У них с Эммой есть поддельные документы, это не составит труда. Но есть одно решение, которое им надо принять. Воспользоваться ли шансом, который им дала Марта Дориан.
Рон смотрел куда-то вдаль, и Зед впервые увидел не головореза Дориана, а человека, у которого отняли семью. Он нашел свою дочь, но это не сможет изменить того, кем он стал. Как жил все это время. И что теперь уже никогда не будет как раньше. Зед понимал это как никто другой.
— Мы не выйдем от туда живыми, ты же понимаешь? – спокойно прокомментировал Зед, прекрасно зная, что мысли Рона мало чем отличаются от его собственных.