В эти несколько дней Зед несколько раз был на волосок от смерти. Он сидел в темном подвале, каждую минуту ожидая пыток или пули в лоб, но сейчас, когда они находились в относительной безопасности, мерзкое предчувствие охватило его. Он привык доверять своим инстинктам, когда служил в полиции. И, надо признать, они редко подводили его. Но когда он не сумел предотвратить гибели жены и дочери, то ему стало попросту плевать на все. Но теперь все его нутро кричало о том, что происходить что-то плохое.
- Пойдем, Зед. Пусть Эмма подготовится. А я пока посмотрю, что нужно подлатать у тебя.
- Дэйв...
- Пойдем, Зед.
Было бы глупо спорить с врачом, и именно теперь, когда Эмма успокоилась. Дэйв должен знать как лучше. И поэтому, бросив еще один взгляд на спокойно сидевшую девушку, Зед последовал за другом.
* * *
Тишина успокаивала. Эмма всегда любила тишину.
Но раньше она боялась темноты. Теперь же тьма дарила ощущение безопасности. Жаль, что наступило утро, и даже тяжелые портьеры не могли полностью отгородить ее от света. Но Эмма была благодарна и за полумрак. Это лучше, чем яркий свет, вырывающий из иллюзий и выворачивающий всю мерзость жизни на показ.
Впервые с того момента, как ее схватили на улице и затолкали в тонированную машину, Эмма могла мыслить здраво. По крайней мере, горло больше не сжимало страхом, а слезы перестали заливать лицо. Даже боль, которая не отпускала ни на минуту, больше не сводила с ума. Потому что Эмма знала, скоро она не будет ее беспокоить. Еще пара минут и все будет хорошо.
Эмма могла гордиться собой. Впервые за всю свою жизнь, пусть и не очень долгую, она смогла быстро принять решение. Ей не потребовалось советоваться с отцом, а потом еще долго сомневаться в правильности принятого решения. Эмма была уверенна, что знает лучший выход из всех возможных.
Девушка немного подвинулась на кровати, чтобы дотянуться до настольной лампы, которая стояла на тумбочке у изголовья. Эмма не видела где выключатель, но ее он и не интересовал. Выкрутить лампочку под цветастым плафоном не составило труда. Словно это было привычным, она положила лампочку на постели и, накрыв простыней, надавила, почувствовав, как лопнуло хрупкое стекло. Выбрав самый крупный осколок, Эмма осторожно взяла его в руку.
Девушка понимала, что у нее мало времени. Мужчины вернуться уже скоро. Страх вновь стал подниматься к горлу, лишая спокойствия. Дрожащей рукой она поднесла осколок к запястью. Больше ни кто не прикоснется к ней!
* * *
- Я смогу в этом дышать? Я думал, что скончаюсь от пули, но не от бандажа - это точно. - усмехнулся Зед, наблюдая, как Дэйв закрепляет пластырем конец бинта.
Предстояло обработать еще много ран, в том числе зашить рану на плече, но они с другом решили, что сделают это, как только закончат с Эммой. Пока что ограничились тем, что зафиксировали ребра, чтобы Зед в случае необходимости мог помочь при осмотре.
- Я бы и сам с удовольствием тебя пристрелил. Боюсь, что Кора не одобрит. Что она будет делать с тремя детьми, пока я отсиживаюсь за решеткой?
- За решеткой?! - хохотнул Зед. - Напротив, Дэйв. Некоторые дали бы тебе неплохие деньги и медаль в придачу за мою голову.
Дэйв пронзил друга серьезным взглядом, но ни чего не сказал. Тогда Зед встал со стула и сделав пару шагов к лестнице, убедился что стало легче передвигаться, после того как Дэйв перетянул его.
- Ты идешь?- спросил он друга, не оборачиваясь.
- Я догоню. Сначала вымою руки. Поднимайся и входи. Предупреди, что я иду.
Зед легко постучал в дверь, но, не дождавшись ответа, постучал сильнее. Возможно, девушка уснула. Он позвал ее по имени, но ответа не последовала.
Зед давно забыл, где находится сердце, но в это мгновение явно ощутил, как оно пропустило удар. Распахнув дверь, он ворвался внутрь комнаты. И почувствовал себя идиотом. Эмма и в самом деле уснула. Она лежала укрытая простыней до подбородка, как и просил ее Дэйв.
Зед приблизился к девушке, надеясь, что не испугает ее. Вновь позвал ее по имени, но она даже не шелохнулась. Мужчина присел на корточки и коснулся кончиком пальца ее щеки. Ее кожа была прохладной, словно ее не мучил жар совсем недавно. Зед не знал хорошо это или плохо.
- Эмма. Проснись. Ты должна проснуться.
Встревоженный, Зед приподнялся на Эммой и положил руки ей на плечи.
- Эмма! - громко позвал он, легко встряхнув девушку.
И застыл, только сейчас заметив как темное пятно, расползлось на простыне, на половину скрытое одеялом, откинутым к стене. Зед резко стащил ее и зарычал. Буквально. Этот звук не был похож на человеческий. Боль полоснула его изнутри.
На одно короткое мгновение он возненавидел Эмму. Она стала его собственным отражением. Еще одним уродцем с искалеченной душой, не желающей жить. И в это мгновение он подумал, что может не стоит ее спасать. Может запереть дверь изнутри, и вместе с ней, уйти навсегда.